Кажется, многие вздохнули с облегчением: переделки сфер влияния не произошло, все осталось на своих местах,
а значит, была стабильность.
И все-таки я не расслаблялась.
Похороны прошли как в тумане. Я чувствовала, что Кен стоит за левым плечом, готовый поддержать, подхватить, не дать оступиться. Но госпожа Ая оказалась хорошим учителем: все необходимое всплывало в памяти ровно в нужный момент, не раньше, ни позже.
А потом надо было возвращаться.
Я шла по анфиладам внутренних покоев и не могла поверить, что все это — мое. И этот огромный небоскреб, и сотни других, да что там, добрая четверть Города принадлежит Первому Клану, а значит — мне.
Но, кроме недвижимости, было еще кое-что.
Люди.
Саро опускались на колени, впервые приветствуя меня и Кена по всем правилам. Я смотрела на согнутые спины, на лежащие на полу мечи и понимала: за них я тоже в ответе. Отныне эти люди будут черпать уверенность не только в новом Главе, но и в его жене, а потому не шла — семенила, как предписывал этикет.
Вздернутый подбородок. Прямая спина. Расправленные плечи. Взгляд — прямо вперед, никаких поворотов головы,
это особая милость, которую пока следует приберечь.
Но, если мне запрещалось рассматривать саро, то им меня — нет. Они поднимали головы, и взгляды вливались в спину сотнями иголок.
Я даже виду не подала, как устала. Эти люди готовы умереть за меня. И будут умирать, если понадобиться, радостно и без слова упрека. И поэтому: вздернутый подбородок. Прямая спина. Расправленные плечи. Неторопливый, уверенный шаг. Наследнице, жене Главы Первого Клана, некуда спешить: весь мир будет ждать, когда ей захочется обратить на него свое внимание.
И все-таки я спешила.
Не кусать губы, когда необходимо сдерживаться, очень трудно. Но еще труднее не схватить за руку идущего рядом мужа. Чувствовать его дыхание, слышать голос и… не прикоснуться.
Кен лично открыл передо мной дверь спальни, но сам не вошел — его ждали кое- какие дела.
Я скинула неудобную обувь. Ступни ощутили ковер райским облаком, но ноги не держали. Все, что смогла — добраться до кровати и опуститься на пол, привалившись к ней спиной.
Наверное, я задремала, потому что очнулась от тихого смеха.
Кен сидел рядом.
— Мы справились.
— Знал бы, чего мне это стоило! — теперь можно и покапризничать.
— Я не был ни в чем уверен. Ни в чем, кроме одного: моя жена сможет все! Что ей Верховный Совет, когда она справилась даже с господином Би!
Смотреть на смеющегося Кена — одно удовольствие. Но какое же неудобное парадное кимоно! Мало того, что узкое, так еще многослойное! Ну вот что делать- то?
И все-таки выход найден. Пока муж разглагольствует, распахнуть полы верхней одежды, потом нижней, приподняться на коленях и… удобно оседлать его бедра.






