Эльдеорин пожал плечами.
— Как я сказал, мы защищаем своих детей. А теперь, если извинишь меня, я позабочусь о защитных чарах. А потом я смогу навестить тех очаровательных француженок-близняшек...
Он исчез на середине фразы. Хуго фыркнул и принюхался к воздуху, низко зарычав.
— Да, мне он тоже не нравится, — я подхватил поднос. – Пойдём, накормим нашу девочку.
Когда я вошёл в апартаменты, там было тихо. Я оставил Хуго с Вульфом сторожить дверь. Они были прекрасным средством устрашения для исполненных благих намерений дяди и дедули, которые любили наведываться без предупреждения.
В спальне я поставил поднос на прикроватный столик. Сел на кровать и наклонился к фигуре, зарывшейся под одеялами.
— Доброе утро, красавица.
— Ещё так рано, — простонала она из-под одеяла. — Уйди прочь. Не хочу вставать.
Я рассмеялся и стянул одеяло, явив сонные зелёные глаза и взъерошенные волосы. Не в силах устоять, я склонился для лёгкого поцелуя.
— А кто говорил о раннем подъёме? Я подумал, что нам было бы неплохо позавтракать сегодня в кровати.
Её глаза распахнулись, и она улыбнулась.
— Ты приготовил
завтрак?
— Нет. У нас в холодильнике только яблоки и открытая банка с тунцом. Хотя, если я не ошибаюсь, тунец ты любишь. Может мне стоит попробовать найти крекеры.
Она рассмеялась и села, устроившись среди подушек. На ней опять была моя синяя футболка, и моё тело ожило от вида её в ней.
— Не думаю, что Оскар обрадуется, если мы съедим его тунец, — её желудок громко заурчал. — А что так изумительно пахнет.
Я поставил поднос на её колени.
— Твой завтрак.
Она ошарашено посмотрела на еду и разразилась смехом.
— Мы ждём компанию или ты пытаешься откормить меня?
— Нет и нет.
Я оторвал кусочек бекона и поднёс его к её губам. Она послушно съела его, и я подхватил французский тост, предварительно погрузив его в сироп.
Она улыбнулась.
— Мммм, я могу привыкнуть к этому.
— Хорошо, поскольку мне нравится это делать.
— Но тебе тоже надо поесть, — она подняла полную вилку яичницы к моему рту и широко улыбнулась, когда половина приземлилась на мои колени. — Упс. Может нам стоит самим себя покормить.
Ухмыльнувшись, я съел оставшуюся на вилке еду, и мы взялись за наш сытный завтрак. Закончив, она откинулась на подушки, удовлетворённо вздохнув, оставив меня доедать. Я любил такие минуты, когда она выглядела счастливой и свободной от плохих воспоминаний.
— Ты запомнил!
Она потянулась за упакованным черничным кексом, её улыбка творила забавные
вещи с моими внутренностями. Она склонилась над подносом и прижалась в быстром поцелуе к моим губам.
— Я тебе уже говорила, как сильно люблю тебя?
Я улыбнулся.
— Думаю, парочку раз ты произнесла это прошлой ночью.
Её щёки приняли соблазнительный розовый оттенок, который подсказал мне, о чём именно она подумала.






