Он посмотрел на меня снизу вверх, словно почувствовав мое присутствие. Я не могла смотреть ему в глаза после того, что мы с Кираном сделали наверху. Я совсем забыла, что он дома. Сексуальное желание снова затуманило мой разум, и я молилась, чтобы он нас не услышал.
— Они в подвале, — сказал он. Я бы поблагодарила его, но Джон уже отвернулся к телевизору, и я ушла.
Когда я открыла дверь, то услышала жужжание, доносящееся снизу лестницы, и низкий рокот голоса Кирана. Я спустилась вниз и увидела Кирана, сидящего в кресле с бутылкой спиртного в руках, а Кинан сидел позади него, держа игольчатый пистолет.
Они подняли глаза и заметили меня, когда я подошла ближе.
— Что вы тут делаете, ребята?
— В конце концов, он позволил мне поработать над собой. — Кинан ухмыльнулся, обмакнул иглу в чернила и поднес ее к его спине. Я инстинктивно вытянула шею, чтобы посмотреть, но не смогла отсюда увидеть то, что он набивал.
— Киран?
— Я прощаю себя, — сказал он с сарказмом, удерживая мой взгляд и снова поднося бутылку к губам. Я не знала, что Киран много пьет, но, с другой стороны, я все еще мало знала о нем.
— Сделав себе татуировку?
— Только так я могу исповедаться в своих грехах.
Это застало меня врасплох. — Оу.
— Идти сюда. — Он похлопал себя по коленям, и Кинан сердито посмотрел ему в спину.
— Не шевелись, мужик. — Кинан посмотрел на меня с лукавой улыбкой. — Эй, Лэйк, а что это за следы от ногтей? Ты испортила мой холст. — Я проигнорировала предложение Кирана и комментарий Кинана и придвинула к нему стул. Как бы сильно мне ни хотелось посмотреть, что он делает, я проигнорировала искушение и положила руки на колени.
— А разве для этого не нужна лицензия? — Они оба фыркнули, и Кинан продолжил работу. — Это из-за того, что я сказала? — продолжила я, меняя вопросы.
— Нет, — ответил он
без колебаний.
— Оу. — Я снова задалась вопросом, какие грехи может совершить восьмилетний ребенок, и снова подумала о девушке на фотографии. Я не знала, разумно ли было говорить ему об этом. Это наверняка откроет ящик Пандоры, а я все равно не получу никаких ответов.
— Насколько больно?
— Мне бывало и хуже.
— Я должна сделать одну…
— Нет, — горячо возразил Киран. — Я хочу твое тело таким, какое оно есть. И ни за что на свете никто не прикоснется до тебя своими руками.
— Будь серьезен, Киран.
— Я серьезен. Я сказал — нет.
— У Шелдон есть одна, — вмешался Кинан, прерывая наш молчаливый обмен взглядами.
— Где? — переспросила я. Я не видела ни одной, и она никогда не упоминала о том, чтобы сделать ее.
— На ее заднице. Я набил там свое имя несколько месяцев назад, — сказал он самоуверенно. Шелдон все еще была семнадцатилетней, так что я была уверена,
что ее родители этого не допустили бы.
— Дай угадаю… ее родители не знают?
— Нет. Ее отец убьет меня.






