Дьявол хватает ртом мой сосок, как виноградинку на ветке, посасывая и покусывая, заставляя меня выгнуться и забиться в конвульсиях. Разряды тока бегут по всему телу.
Я выпита до дна.
А Лука только ускоряется, становится жёстче, грубее. Его внутренний зверь выпущен наружу и хочет удовлетворения. Кажется, он разорвёт меня, я срывая голос до хрипоты, повторяя его имя, умоляя не останавливаться? Или остановиться? Даже не понимаю, я как в бреду.
Даже одной рукой он умудряется на моем теле оставить сотни синяков, его прикосновения не ласковые,
он держит так, словно если отпустит — меня не станет. Но я не против, так я чувствую что он со мной, пока я в его руках — все хорошо…
— Мониша, маленькая моя… — он прижимая меня за попу, удерживает на себе, пока семя Гроссерия не заполняет меня полностью. Я пропитываюсь им изнутри.
Прижимаюсь всем телом к вспотевшей груди, слушая биение сердца.
— Я люблю тебя… — шепчу, чувствуя себя счастливой, удовлетворённой кошкой, распластанной на нем, не желая даже ноги сдвигать, мне не хочется чтобы он выходил из меня.
Дьявол закрывает глаза, мышцы его лица напрягаются, образовывая морщинки у носа и глаз. Рука покоится на моей спине, прижимая.
— Я тоже люблю тебя, Мониша. — хрипло прошептал Дьявол, зарываясь носом в мои волосы. — Уже давно и безумно.
— Мониша… Это имя?
— Нет… — Лука намотал прядь моих волос на волосы, рассматривая их в лунном свете. — В русском языке нет точного перевода этого цыганского слова… нельзя подобрать одно словно в качестве перевода.
Я бы перевёл, как: жена, единственная, любимая…
Глава 22
— Мои поздравления. — голос был словно откуда-то издалека. Девушка отложила датчик, делающий узи, расцветая искренней улыбкой. Весь ее вид говорил, что это потрясающая новость, и мне нужно радоваться. А меня словно ударили чем-то тяжелым по голове, оглушили. Я не обрадовалась и не огорчилась, просто растерялась. До вчерашнего дня, как дура, даже не думала об этом. Ни то чтобы я не знала откуда берутся дети и не думала о последствиях незащищенного секса — просто в моей голове не укладывалось это. Я мать…
Даже не смогла выдавить из себя улыбку ради приличия. Откинулась, закрывая глаза, голова закружилась. Я не чувствовала никаких признаков беременности. Ни чего из того о чем пишут на форумах или книгах, никаких необычных ощущений. Может я не такая, как все? Может ненормальная?
Лука был уверен в моей беременности еще вчера, от него ничего не скроешь, даже такое. Ему нужно было несколько минут, чтобы понять, мне вот даже узи не может принести уверенности. Я думала, что он все таки ошибается.
— Извините, я растерялась…
— Ничего,
все реагируют на это по-разному. — она выбросила одноразовые перчатки, пересаживаясь за стол.






