ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Город, Автор - Белянин Глеб, , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Город Белянин Глеб Город, Автор - Белянин Глеб, , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Глава 1 | Груда костей Паб Температура 10° по Цельсию …Ему вручили скрипку и, взяв её в свои огрубевшие от работы в шахте руки, он начал примерять её к себе, проверил смычок. В недавно построенном и открытом пабе царил дух гари, самогона, некачественного табака и пара. Павел оглядел собравшихся перед ним людей: уставшие, замёрзшие, истощённые тяжёлым ежедневным трудом, но с надеждой в глазах. С ожиданием чуда. Верой в то, что все труды не напрасны и они выживут, обгонят смерть, что несётся верхом на буре. Многие приходят в паб просто выпить, забыться от реального мира в опьянении. Кто-то ходит сюда встретиться и поболтать. А кому-то просто некуда идти, потому что им не хватает жилья. Недавно Палпалыч со своими ребятами соорудили бильярдный стол, который ни на секунду не простаивает и ночью. В пабе даже начали вести очередь, чтобы поиграть в него. Капитан, кстати, тоже в ней стоит и далеко не первым. Шестьдесят седьмым. И всё-таки Капитан принял верное решение, построив это место — оно привнесло в наш жестокий, настоящий мир немного того тепла ностальгии по-старому, в котором все было так просто. Подстроив под себя тонкий инструмент Паша начал играть. В гуле, что стоит в баре, раздался еле слышимый звук скрипки. Он разливался не спеша, на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Люди, россыпью разбросанные вокруг на своих койках, чихали, кашляли, стонали. Хотя кто-то курил.

Большинство кроватей были двухъярусные, прижимались вплотную. Любой лазарет и любой санитарный пункт ломился изнутри. «Просто» больных от работы уже давно перестали освобождать. Теперь отправляют только тех, кто болеет и бороться с этим уже не может. Но и таких достаточно. Эта девочка явно из их числа.

Немного поплакав, она вобрала в себя слёзы, проглотила комок в горле и тяжело, прерывисто выдохнула. С каждым её вздохом и выдохом она слабела. Из неё выходила жизнь прямо на глазах.

Вдруг она начала дышать совсем-совсем прерывисто и из последних сил обратилась к музыканту:

— А рай точно есть?

— Точно. Есть, — сказал он.

Медсестра, до этого всё время находившаяся рядом, обхаживающая пациентов, закончила с одним из них и ринулась к койке, у которой сидел Павел.

Она потрогала лоб девочки, обожглась, но иначе, будто не от тепла, а от холода, пощупала что-то.

В конце помещения раздался голос, кто-то звал её.

Девушка наклонилась к музыканту и прошептала:

— Кажется,

всё. Отнесите её к главному врачу, пусть посмотрит и скажет, что делать. Мне нужно бежать.

Его губы задрожали.

Её снова позвали и она ринулась на голос.

Павел продолжал держать руку девочки, а та уже не плакала. Склонилась как-то неестественно на бок и последние слёзки стекали по щеке, окропляя белую ткань.

Внутри у Паши всё затихло, спряталось, съежилось, потяжелело вдруг внезапно. Так же как тогда, когда он вспоминает о родителях.

Он осторожно выпустил её пальцы из своей руки, взялся за край одеяла и сдёрнул его.

Девочка, до этого момента прятавшаяся за белёсой тканью, теперь обнажила своё тело.

Кожа, стягивающая кости. Кости, впивавшиеся в койку. Будто на кровати лежала не девочка, не человек, а груда палок, потускневшее и рассыпавшийся отголосок человека.

И другая рука, за которую Павел не держал её. На другой руке неестественно скручено-сжатые в агонии тонкие пальцы.

Он, боясь прикоснуться к ней так, что её тело рассыпется, протянул к ней руки. Собрал груду костей и прижал к себе как нечто сокровенное и дорогое.

Паша шёл вдоль коек, огибал одну за другой, пробирался сквозь стальнопрутный лабиринт белых кроватей, время от времени утыкаясь в тупики.

Он шёл молча. По его щекам

катились слёзы.

Никто на него не бросил даже беглого взгляда.

Наконец-то он вынырнул из этого переплетения, врезался в стол, за которым сидела женщина. Главный врач.

Он позвал её тихонько, та обернулась, тоже бегло, как и все, почти не глядя, посмотрела в его сторону.

— А, эту? Направо.

И дальше уткнулась в какие-то бумаги.

А он стоял и ждал, когда она осмотрит её. Скажет что-нибудь. Выпишет есть побольше супа, поменьше выходить на улицу или вообще не выходить, а главное, выздоравливать.