Затем из поместья, что я даровал ему на границе с королевством Константина Шотландского, прибыл Эгиль Скаллагриммрсон. Он пришел морем, он всегда добирался на своем снеккаре
[1]
Банамадр, что означает Убийца. Теперь на дне его корабля лежал мертвец.
— Прибило к берегу на Туиде, — сообщил он. — Он из твоих, так?
— На Туиде? — спросил я.
— На южном берегу реки. Нашел его на отмели. Первыми до него добрались чайки.
— Я вижу.
— Один из твоих, так ведь?
1
Cнеккар — (от древнескандинавского «snekkar», где «snekja» означает «змея», а «kar» соответственно — «корабль») —военный корабль викингов. Снеккар был меньше и маневреннее драккара (от древнескандинавских Drage — «дракон» и Kar — «корабль», буквально — «корабль-дракон»).
— Да.
Мертвеца звали Хаггар Бентсон — рыбак, кормчий на Гидене. Здоровяк и большой любитель эля, в шрамах от множества потасовок, задира, любитель поколотить жену и отличный моряк.
— Он ведь не утонул, так? — заметил Эгиль.
— Нет.
— И чайки его не убивали.
Похоже, Эгиля это забавляло.
— Точно, не убивали, — сказал я.
Хаггара зарубили. Его нагое тело было белым, как рыбье брюхо, за исключением рук и того, что осталось от лица. На животе, груди и бедрах зияли огромные раны, дочиста омытые морем.
Эгиль тронул мыском сапога рану, развалившую грудь Хаггара от плеча до грудины.
—
Я бы сказал, что его прикончил удар топора, но сперва кто-то отрезал ему яйца.
— Я это заметил.
Эгиль склонился над телом, чтобы оттянуть мертвецу нижнюю челюсть. Эгиль Скаллагриммрсон силач, но и ему потребовалось приложить усилие, чтобы открыть рот Хаггара. Кость хрустнула, и Эгиль выпрямился.
— Зубы тоже выдрали, — сообщил он.
— И глаза.
— Это скорее работа чаек. Они любят глазные яблоки.
— Но язык ему оставили, — сказал я. — Бедолага.
— Дрянная смерть, — согласился Эгиль, повернулся и оглядел вход в гавань. — Я могу придумать только две причины для того, чтобы пытать человека перед тем как убить.
— Две?
— Ради удовольствия. Может, он оскорбил их, — пожал он плечами. — А вторая — чтобы заставить говорить. Зачем еще оставлять ему язык?
— И кто тогда? — спросил я. — Скотты?
Эгиль снова посмотрел на искалеченное тело.
— Должно быть, он кого-то раздразнил, но скотты в последнее время ведут себя тихо. Не похоже, что это они. — Он пожал плечами. — Может, что-то личное? Разозлил другого рыбака?
— Других тел нет? — спросил я. В команде Гидены было шестеро мужчин и двое мальчишек. — И обломков нет?
— Пока только этот бедолага. Но остальные просто могут еще плавать.
Ну что тут еще сказать. Да и ничего не поделаешь. Если Гидену захватили не скотты, то либо пират-норвежец, либо фризский корабль воспользовались погодой начала лета, чтобы поживиться уловом Гидены – сельдью, треской и пикшей. Но кто бы это ни был, Гидена пропала.






