Какой толк стране с того, что те, кого пощадила битва
при Латне, сложат головы на плахе? Сейчас он силен и осторожен. Но власть опьяняет. Он успокоится, расслабится, рано или поздно начнет совершать ошибки, и вот тут мы и нанесем удар. Пойми, шанс у нас только один, но использовать его надо с умом и в нужный момент, потому что такие, как Дайриец, не дают ударить себя дважды.
Лотэсса молчала. Очевидно, размышляла над словами отца, хотя по ее лицу скорее казалось, что думает она о чем-то своем. Какое-то время безмолвствовал и Оро, затем он продолжил, выкладывая на стол свой самый главный козырь.
— Никто не знает, когда нам удастся поднять восстание, остается лишь верить, что этот день придет, но до той поры Элару нужна… королева!
— Что? — девушка непонимающе уставилась на отца. — В каком смысле?
— В том смысле, что когда король — мерзавец, которому дела нет до захваченного государства, то у людей должна быть хоть королева — заступница, которая всей душой предана Элару и его несчастному народу. Если Малтэйр женится на какой-нибудь дайрийской твари и посадит ее на наш престол, то люди лишатся последней надежды. А ты! И знать, и народ будут тебя обожать! Линсары по праву делят с Таскиллами второе место по чистоте крови после королей.
— Королей больше нет, — сухо, словно во сне, вставила реплику Тэсса.
— Значит, во всем государстве нет никого более достойного занимать трон, чем Линсары или Таскиллы. Но Рейлор Таскилл погиб при Латне, а Лан — еще мальчишка. Если твой ребенок займет престол — это будет законно и справедливо!
— Ребенок?! — Тэсс гадливо поморщилась. — Отец, ты хоть понимаешь, что это значит?
Оро понимал. Понимал слишком хорошо. Лицо его на миг исказилось страданием, но затем вновь стало вдохновенным.
— Тэсс, думаешь, я не понимаю, какой кошмар быть женой этого человека? — Линсар опять мерил комнату шагами. — Но только жена способна подчинить мужчину. Даже лучшие друзья и соратники не могут влиять на короля так, как королева. Ты сможешь принимать решения за него — решения, которые пойдут во благо стране! Влюбленный мужчина,
будь он самым властным тираном мира и последним негодяем, в руках разумной и благородной женщины станет воском. Ты… ты будешь править Эларом, а затем, если богини помогут нам сбросить Дайрица с престола, власть перейдет к твоему сыну.
Оро искренне любил дочь, при Ильдах он и помыслить не мог о короне, довольствуясь тем, что является главой одного из двух знатнейших семейств Элара. Но сейчас идея того, что его внук может занять престол, а до совершеннолетия ребенка власть будет в его — герцога Линсара — руках, пьянила его, вызывая одновременно терзания совести.






