Загорелась надпись: «Проведать монахов на острове Спираль св. Кармиллы». — Только вот нет у меня денег на дорогу, святой отец...
— У церкви тоже нет денег, сын мой, мы ж учреждение негосударственное, живём на пожертвования, — грустно улыбнулся священник.
— А это... — Макс уставился на унизанные золотыми кольцами пальцы служителя.
— Святыни, собственность храма, — ответил тот. — Ты б не засиживался в доме господнем, сын мой, а то дорога до Спирали неблизкая.
Приехали, непись-коррупционер! Такой характер уже был у него до обновы, интересно? После такого Максу стало куда комфортней. Если уж главный священник врёт, не моргнув глазом, то ему, начинающему адепту, совсем уж не должно быть стыдно.
— Тогда дайте мне костюм хотя бы, срам прикрыть, — попросил
Макс, и священник протянул ему появившийся из ниоткуда свёрток. Макс облачился в мантию и стал вылитый монах. Только чёток из микросхем не хватало. — А когда чётки выдадут?
— Монахи сами их делают из отживших своё механизмов.
— Ясненько.
Покинув храм, Макс первым делом задрал голову и осмотрел небо с близлежащими крышами. Пусть Лилит лишилась чипа, но она могла искать его просто летая над городом. Кто знает, сколько у неё уйдёт времени на то, чтобы придумать новый способ отслеживать Макса.
— Я теперь игроков от НПС уже не отличаю, — пожаловалась проходящая мимо девушка своему спутнику. — Вот смотрю раньше через распознавалку, там написано, допустим: Рогвир, штурмовик, тридцатый левел.
Макс даже увязался следом, чтобы дослушать разговор.
— Понятное дело, что у игрока может быть точно такая же стата и имя Рогвир, — продолжала девушка. — Но ему скажешь: «Привет, Рогвир, как дела?» — а он тебе улыбнётся и начнёт говорить, как по писаному. Значит, ИИшка. Или спросит: «Чё тебе?» — значит, игрок. А сейчас и непись послать может, если не в
духе. Одно хорошо, если высвечивается совсем дурацкое имя, типа «Жопа Волосатая», это однозначно игрок.
— Кто знает, вдруг и неписям такие ники скоро генерировать начнут, — сказал ей собеседник.
— Угу. А если НПС ещё научатся и прыгать при ходьбе к месту и не к месту, то точно никогда не отличим.
— О, я придумал. Непись вряд ли догадывается, что он — непись.
Вдруг девушка обернулась и увидела Макса.
— Вот ты, — сказала она ему, — ты человек или НПС?
— В чём критерий различия? — спросил Макс, воодушевлённо глядя на вопрошавшую.
— Это всё, — она обвела рукой дома и улицу, — для тебя игра или жизнь?
— Вся жизнь — игра, — отозвался Макс.
— Я думаю, он НПС, — сказала девушка своему другу. Тот кивнул.
— Вы сами уверены, что вы не НПС? — настал черёд Макса задавать вопросы.
— Ха! Ещё бы.
— Почему?
— Потому что я мыслю.
— А НПС не мыслят?
— У них всё однообразно. Один маршрут, которым их запрограммировали.






