Гражданских около трёхсот человек…
— Хорошо, что вы целы остались, — сказала Тася.
— А вот и герой войны, — раздался позади немного насмешливый голос.
Мы обернулись, посмотрели на двух мужчин, остановившихся рядом. Мне они были незнакомы. Роман же одарил их таким злобным взглядом, что мне на секунду показалось,
он их прямо тут убивать начнёт. Им, кстати, тоже так показалось, поэтому они, не сговариваясь, отступили на шаг.
— А вы разве не слышали, что Матчин сбежал с войны? — спросил один у Романа.
— Убью, — выдавил тот, делая к несчастным шаг. — Обоих.
Я положил ему руку на плечо.
— Оставь их. Клоуны…
— Нет уж. Людей, кто твою честь задевает, нужно бить. Чтобы другим неповадно было.
— Что случилось? — к нам подошёл кто-то в таком же военном френче, что и Роман. Мужчина лет пятидесяти. Из примечательного я заметил бирюзовый крест с золотым контуром, крепившийся на шейную ленту.
— Господин полковник, эти двое меня оскорбили. Прошу быть свидетелем и зафиксировать, что как только закончится траур, я убью их на дуэли.
— Оскорбления? — голос полковника похолодел. При этом я действительно ощутил холодок, потянувший от него. — Во время траурного собрания?
— Это недоразумение, — вставил один из мужчин. Никто из этой парочки не дорос до степени мастера, да и экспертами они были посредственными. Но то, что их пригласили, говорило как минимум, что они входили в один из знатных родов.
— Они назвали моего боевого друга трусом, — опалил их взглядом Роман.
Полковник посмотрел на нас с Таисией и сразу всё понял.
— Пройдёмте господа, — обратился он к несчастным. — Роман Владимирович и ты с нами. Сейчас всё зафиксируем.
Прежде чем эти двое смогли что-то возразить или начать оправдываться, их подхватили под руки и повели к выходу из зала.
— Однако, — тихо сказал я, ловя взгляды окружающих. Людей вокруг было уже много, а говорили мы не так тихо, чтобы нас не услышали.
— Рома прав, — тихо сказала Тася, затем хищно улыбнулась кому-то в толпе. — Другим будет наука.
— Он их точно убьёт?
— А как в Японии с этим?
— Там глупцов, решивших задеть высокородного мастера, существенно меньше.
— А мама твоя рассказывала, что один такой врезал наследнику рода в челюсть, отчего тот вылетел через крышу и
упал в пруд с карпами.
— Ну, — я замялся. — Тогда посчитали, что это он меня оскорбил и дуэли не состоялось.
— А род? — хитро улыбнулась она.
— Они пытались нам пакостить, но без особого успеха. Император Тайсе дуэли мастеров не приветствует, и многие знают, что убить недоброжелателя ты можешь, но это навлечёт гнев правителя. Поэтому даже более жёсткие оскорбления, обычно спускают с рук. А за подобное, — я кивнул в сторону дверей, — этих просто перестали бы приглашать на светские мероприятия.






