— Неужели не видно?
— Господи, я думала, этого ребенка ты тоже в парке подобрала!
— Ну, все прошло не так уж и плохо, — жизнерадостно заметила Ася по дороге обратно. — В следующие выходные к моим родителям съездим, да?
— Жил да был крокодил. Он по улицам ходил, папиросы курил, по-турецки говорил…
— Ася! Что вы читаете моей дочери?
Круглый блестящий глаз выглянул на него из-за огромной книжной страницы.
Уже в пижамах они с Евой устроились в обнимку в большой кровати и взялись за чтение.
Адам делал вид, что вытаскивает в соседней комнате игрушки из коробок, но сквозь широко распахнутые двери ему всё было слышно и видно.
— Простите? — изумленно спросила она.
— Что еще за пропаганда курения среди несовершеннолетних?
— А идите-ка сюда, Адам, — сказала Ася решительно.
С куклой Барби в руках он приблизился к ним.
— Пожалуйста, скажите мне, что вы слышали про Корнея Чуковского, — попросила она едва не с отчаянием.
— Конечно, — кивнул он. — Известный детский писатель.
— И что же он написал?
— «Тише, Танечка, не плачь»? — осторожно предположил Адам.
— А вот эти пластинки, про которые вы говорили, они про что были? — спросила Ася потрясенно.
— «Английский
для дошколят».
— О, господи! Ну-ка ложитесь с другой стороны кровати! Давайте-давайте, не смотрите на меня такими квадратными глазами!
Адам осторожно пристроился рядом с Евой. Та повернула голову, посмотрела на него долгим взглядом, а потом расслабленно прижалась к нему.
— Ну так вот, слушайте, — грозно сказала Ася. — А за ним-то народ и поёт и орёт: — Вот урод так урод! Что за нос, что за рот! И откуда такое чудовище?
— Какая вопиющая нетолерантность, — ужаснулся Адам. — Вы уверены, что Еве это стоит слышать?
— Пусть знает правду жизни с детства, — отрезала Ася. — Гимназисты за ним, трубочисты за ним, и толкают его. Обижают его; и какой-то малыш показал ему шиш, и какой-то барбос укусил его в нос. — Нехороший барбос, невоспитанный. Оглянулся Крокодил и барбоса проглотил. Проглотил его вместе с ошейником.
— Какой рейтинг у этой книги? Восемнадцать плюс? — снова не выдержал Адам.
— Знаете что, — рассердилась Ася, — если вы еще хоть что-нибудь скажете, я поставлю вас в угол!
— Но разве вы не должны меня выслушать, обсудить методы воспитания?..
— Нет.
— Ну и ладно, — согласился Адам, устроился поудобнее, охватил теплую, вкусно пахнущую дочь в кольцо своих рук и уснул под:
— Он боец, молодец, он герой удалой: он без няни гуляет по улицам…
5
Открыв глаза, Адам некоторое время бессмысленно пялился на единорогов.
— Тсс, —
раздался голос откуда-то из его живота. Склонив голову, он увидел кудряшки дочери, которая лежала поперек кровати, положив голову на отца, а пятки — на бедро своей няни, чьи округлости были мило обтянуты забавной пижамой.






