– Проверьте Милу и снимите уже мне эту чёртову повязку! — ловлю на себе укоризненный взгляд Милы и мягко добавляю. – Пожалуйста.
В серых глазах тут же проскальзывает одобрение, и я уже по зарождающейся за эту неделю привычке подхожу ближе к девушке, чтобы меня погладили или поцеловали. Я просёк эту фишку, наблюдая за говнюком Кирюшей. Решил как-то попробовать и повторить его действия. Сразу же после выполнения каких-либо пожеланий Милы нужно не проморгать момент и намекнуть ей о маленьком поощрении.
Срабатывает на ура.
И видеть, что с каждым днём девушка всё меньше начинает меня сторониться и предоставляет возможность доказать, что я не бескомпромиссная скотина, как она думала, а тоже могу считаться с её чувствами, добавляет мне больше уверенности.
И вот сейчас Мила лёгким движением дотрагивается
до моего плеча и приподнимает уголки губ в игривой улыбке.
Знает, что своими ласками меня укрощает, и бесстыдно этим пользуется.
Пока доктор проверяет её здоровье, украдкой перехватываю на себе заинтересованный взгляд девушки и отвечаю томной улыбкой.
Обожаю её реакцию. Этот стреляющий бесстыжий взгляд, лёгкий румянец и отвод глаз в другую сторону. Моя девочка обожает заигрывать, но грань перейти, паршивка, не даёт.
С момента той драки прошла уже неделя, и сегодняшний день я ждал как праздник. Моя непутёвая женщина возомнила, что я не выдержу физической нагрузки, и прямым текстом заявила, чтобы я «закрыл свой кран» до осмотра у врача.
У меня есть подозрения, что это просто отговорка, чтобы проверить мою серьёзность в отношении Милы. Всю неделю я под наблюдением. Каждое произнесённое мною слово, каждая эмоция на лице, каждый взгляд считываются на прохождение
потайных умыслов и искренности.
Уже семь дней я прохожу проверку и пока вроде бы успешно.
Когда понял, что я на крючке, решил действовать по наитию. Раньше я бы выставил ключевым источником самоотдачи мозг, но именно это чуть и не загубило на корню наши отношения с Вольской. Сейчас так опрометчиво я не стану поступать. Единственное знание, которое я использую, это дельный совет отца: «Она женщина, Ян, этим всё сказано!»
В прежнее время я не придавал этому слову возвышенный облик. Потешался над тем, как превозносит «женское начало» отец. Это озарение пришло несколько дней назад, когда я проснулся ранним утром и увидел перед собой Милу. Она крепко спала и казалась такой безмятежной, такой невесомой и нежной, что я залип, как фанатик, рассматривая её несколько часов подряд. Улыбался как дурак. На ум приходило только одно: «Роскошная…» В тот момент и понял. Вот она, женская суть. Моя жизнь заключена в этой маленькой и беззащитной девушке. Мой последний вздох на дне этой хрупкой чаши, и моя основная задача – её оберегать.






