Но всё это моментально уходит на задний план, когда Мила начинает беспричинно хохотать.
Блядь, чем они её накачали?
— Что она пила? – цепляюсь зловещим взглядом в каждую из подруг Вольской.
— Сок, – хором отвечают все трое.
— Что в соке? – делаю шаг к Авериной, прокручивая в мыслях, что женщин не бьют.
— Не… не зн… не знаю, – заикается она, вжимая голову в плечи. – Я заказала как обычно… апельсиновый сок… она только его всегда выбирает… — в перемазанных косметикой глазах проступают слёзы, и я кое-как справляюсь с негативными эмоциями. – Я ничего не делала… — шмыгает носом девка.
Пригвождаю тупую дуру к месту свирепым взглядом и бегло осматриваю все стоящие на столе напитки.
Вижу тот самый злосчастный сок, и в жилах стынет кровь.
Мила с Ждановым больше года жила. Естественно, что он знает её предпочтения.
— Я бы не отказалась ещё выпить, – капризно бормочет моя женщина, пытаясь выдернуть руку из мерзких лап своего бывшего, но он только сильнее тянет её на себя.
Срываюсь с места и, не раздумывая, отнимаю у Жданова свою дурочку. Одним движением сажаю её на диван, а вторым со всего размаха вбиваю локоть в морду этого выродка. На рукав
пиджака попадают брызги крови, и я испытываю непередаваемое наслаждение, надеясь, что в этот раз подпортил ему внешность окончательно. Заношу кулак для нового удара, но мои друзья вовремя спохватываются, наваливаясь сзади. Замечаю силуэты секьюрити и прихожу в бешенство. Тупые лбы нихрена не смогли выполнить элементарное указание стеречь женщин от появления всяких придурков, но тут же активировались, когда проблему решать стал я сам.
Всех уничтожу! Вот закончу с этим ушлёпком, встающим с пола, чтобы на меня накинуться, и всех без исключения урою!
Вырываюсь из тисков Богатырёва, но выглядит это как жалкое трепыхание.
— Отпусти!! – рычу я на друга.
— Глеб, держи его! – предостерегает Леванов. – Барсов, возьми себя в руки! За эту шумиху твой отец нас всех посадит на кол!!
— ОТПУСТИ, СКАЗАЛ! – ледяным голосом отдаю приказ, и на мгновение начальник моей охраны серьёзно задумывается, но надолго его не хватает,
потому что пиво из его мозга сделало желе. – Я сам ваши головы на пики насажу!!
— Что ты сделал с моими друзьями, тварь?! – бросается в нашу сторону Жданов, но его действие останавливает Березин, заламывая тому руку за спину.
— Если пасть не захлопнешь… – под женский вскрик придавливает гада к столу, разбивая несколько бокалов, – …отправишься туда же.
— Глеб! – рявкаю я, переводя взгляд на Милу, с интересом рассматривающую осколки битого стекла на полу. – Убери руки!
Туго соображающий бугай смотрит на интеллектуала Гену и отпускает меня на волю, только когда тот быстро оценивает ситуацию и, просканировав меня на возможность угрозы, одобрительно кивает.






