Посоветоваться было не с кем, с минуту нерешительности, но в итоге он решил.
— Если я всю жизнь продолжу чего-то бояться, то так и не решусь сделать следующий шаг, что бы меня ни ждало впереди, я
не узнаю это, пока не осмелюсь пройти вперёд.
Решительно вдохнув и выдохнув, он достал свой нож-тесак, и начался процесс начертания рун. В итоге он начертил по семь рун на всем приобретенном оружии, а на первом ноже он начертил восьмую руну. Он делал это не сразу, отдыхал и принимался за работу, каждый раз подводя себя к границе усталости, но никогда не переступая её. Его душа была сильней, потому за раз начертить он мог больше рун, чем прежде, и уставал он дольше. Таким образом, прошло двое с половиной суток, и Анахель понял, что пришло время получать благословение, а потом останется только ожидать начала миссии.
Он подошел к дежурному врачу, которым оказался старичок в преклонном возрасте, который шустро семенил ногами под своим широким халатом. Едва сдерживая свой смех, он следовал за стариком. Они пришли к арке, которая была окаймлена золотом, и в которую были инкрустированы ценные металлы и сверкающие магические камни.
— Дальше я с тобой не пойду, поклонись, прежде чем пройти в храм. — Сказал провожавший его мужчина, своим тихим хриплым голосом, и как можно быстрее удалился, словно храм его пугал.
Анахель не видел причин пренебрегать советом, потому прежде чем войти — поклонился, сгибая спину под прямым углом, и только потом, вошел в «храм» как выразился старик.
В глаза ударил яркий свет, нос уловил резкий и приятный, успокаивающий запах благовоний, который разносился дымом по храму из подвешенных
кадил, но не выходил за пределы помещения.
Сам храм представлял собой прямоугольно здание, по крайне мере оно так выглядело изнутри. Два ряда лавочек, по центру и по бокам которых были свободные проходы. Весь зал пестрил украшениями, и был словно отлит из золота. Колонны на которых висели развивающиеся кадила, окна которые светили ярким белым светом, сужающийся потолок с великолепной фреской. Перед лавками сцена с трибуной, за которой стена — белая и простая, с краев которой спадают занавески подтянутые бархатной нитью, которая закреплена на медном гвозде, грубо торчащем со стены. По бокам от подтянутых золотистых подвесок были темные проходы в дальние залы, из которых доносились отголоски мелодичного пения хора. По центру стены, было квадратное углубление, края которого пересекали занавески. В углублении был алтарь, это был диск из золота, по краям были круглые отверстия, а по центру был шпиль, на конце которого полумесяц смотрящий вверх.
Анахель никого не видел, осмотрев красоты зала и вернув свой взор, он увидел, что на
сцене, словно призрак без единого шума или ряби в воздухе, появился служитель.






