Значит мои предположения верны, и ты определенно подходишь для нашего проекта.
— Какого проекта?
— А об этом вы узнаете после того как подпишите контракт, — улыбнулся Каменев. — А пока отдыхайте, оба, — добавил он, после чего легко раздавил шарик, и бросил его мне.
Поймав его я не мог поверить в увиденное.
— Протезы это не костыли, мне это известно лучше, чем кому бы то ни было.
Произнеся это он покинул палату. Лаборанты укрыв меня одеялом присоединились к руководству. Демонстрация его протеза меня действительно поразила. И я даже не догадывался, что его правая рука на самом деле искусственная. Да чего скрывать-то, она даже температурой никак не отличалась от человеческого тела. Для меня, как для гибрида, она была высокой, такой же, как и у Нестеровой. Неспроста
об этой организации ходит столько слухов, большинство из которых мне казались вымыслами. Но вот теперь я даже не уверен слухи это или же реальные описания их проектов.
— И каковы теперь твои мысли? — посмотрела на меня Нестерова.
Каменева уже давно не было в палате, но я все равно, никак не мог прийти в себя. Я смотрел на дверь но мои мысли сейчас находились далеко не в этом месте. Сейчас они находились в будущем, где я опять мог стоять. Из отрывков сна я помнил, что ходил босым по траве. Не знаю с чем это связанно, ведь я никогда в жизни этого не делал. Но несмотря на все технологии, которых достигло человечество, разум по прежнему остается самым загадочным органом в теле человека.
Перспектива опять встать на собственные ноги, пускай и искусственные, перевесила любые опасения, которые может скрывать контракт с Отделом Военных Разработок. Юля меня не торопила и продолжала наблюдать за мной в ожидании ответа. Я догадывался, что она
давно для себя все решила, и ждала, что решу я.
— Ты читала контракт, и в чем там подвох? — наконец вышел я из раздумий.
— В случае согласия, наши тела подвергнутся усовершенствованию, — ответила она.
— Ну, это вполне ожидаемо, и в этом я не вижу подвоха.
— Я не закончила, — продолжила Нестерова. — После согласия на участие в проекте, мы станем боевыми единицами (О.В.Р.). И здесь усовершенствования будут куда серьезней, чем в Службе Контроля. И их нельзя будет изъять из организма, без летального исхода носителя их разработок.
— Намекаешь, что это дорога в одну сторону, и вернуться не получится?
— Именно, но главное то, что мы полностью станем принадлежать Отделу Военных Разработок.
— Я конечно не против быть сильным и независимым, — грустно усмехнулся я. — Вот только моя независимость в случае отказа будет ограничена этой кроватью. А самое главное в том, что инвикты добились своего, испортив мне жизнь. Но подписав контракт с Отделом Военных Разработок, я сам собираюсь исковеркать им праздник.






