Повернув голову в сторону говорившего, я увидел добродушную улыбку на лице, правда, весь вид портил фингал под глазом, но у меня на лице скорее всего было не лучше. Парень был крупнее меня раза в полтора и не плохо накачан, но небогатая одежда говорила сама за себя, он из небогатой семьи и видимо армия была его единственным шансом в жизни.
— Так как тебя звать, меня Гектором зовут, — сказал парень и протянул руку.
— Ахиллес.
— Что, правда?
— Нет, конечно, Евгением зовут, а друзья зовут Жекой, правда… Правда не так их много в последнее время и осталось — для Гектора я решил на последних словах показать небрежную улыбку, а у самого всё внутри завыло от пласта мгновенно прошедших воспоминаний.
Гектор видимо, как-то это
по-своему понял и тут же решил перевести тему на другой разговор:
— Чувствую, повезло нам с инструктором, вот если сейчас мы не поспешим подкрепиться, то останемся без ужина. А если честно, предчувствия меня редко подводили, и я думаю нам обязательно нужно успеть на ужин. Сил нам понадобиться много, чтобы выжить завтра.
Слова Гектора были пророческими, хоть и большинство отнеслись к словам инструктора как-то легкомысленно, и никто кроме Гектора не лег спать в положенное время и соответственно никто кроме Гектора не появился на построении. Инструктор был вне себя, хотя это было еще мягко сказано, он был в бешенстве. Но в казарму он зашел очень спокойно и одним движением, сорвав небольшой цилиндр с пояса, вырвал чеку и изрыгающий газы цилиндр бросил в центр казармы. Инструктор вышел из казармы закрыв за собой дверь. Помещение быстро заволокло дымом и из казармы начали выскакивать обезумевшие от ужаса курсанты, безостановочно кашляя и протирая глаза. Все курсанты, кроме Гектора, были одеты в том, в чем легли спать. И еще толком никто не успел придти в себя, как услышали не голос, а рев сержанта.
— Вы абсолютно все мертвы, вы умерли, не выбравшись
с ваших мягких постелек, а ваш брат, защищая вас до последнего, погиб в неравном бою! И раз вы все мертвы, а, как известно, мертвым еда не нужна, в принципе я думаю, вы все прекрасно поняли… а раз поняли, то пора растрясти ваши жирки, всем строиться!
Курсанты начали строиться в два ряда, первый ряд состоял из одних девушек и был на две головы длиннее второго ряда. И в очередной раз я оказался последним в ряду…
— Направо и бегом к полигону! — Крюгер с улыбкой на лице смотрел, как полураздетые еще дети отправляются на полигон. Курсанты хоть и были по всем документам совершеннолетними, но Крюгер их воспринимал как нерадивых детей, которые в своей жизни еще ничего не видели и не понимали.
Евгений с выполнением приказа замешкался и резко отстал от остальных.






