Ну и плюс, учитывая те фото, которыми Хулио поделился
с нами, все выглядело так, что парни обходили его гораздо сильнее, чем Майкла, но это ничего не значит. Громилы Хулио несомненно знали, сколько и как бы они не пытали Майкла, им от него ничего не добиться, поэтому парни просто экономили свои силы. Ну, а Рик, скорее всего, разнылся, как девчонка сразу же после первого удара. Но, кстати, информация, которой делятся такие люди, как Рик, после первого удара никогда не является правдой. Это является их защитной реакцией, чтобы таким образом предотвратить побои, которые приносят им боль — в основном, они выдают полуправду, прибегая к слабой и бесполезной попытке проявить свою верность.
Любой профессионал своего дела знает, что люди, которые начинают визжать после первого удара, не скажут всей правды, но если надавить на них еще чуточку сильнее, помучить подольше, то их полуправда становится абсолютной, и они обмочат свои штаны, выкладывая все известное им обо всех важных или же не важных людях, в попытке только спасти свою жизнь. Я всегда презирал таких людей, как Рик. Такой громила, с невероятно накачанным торсом и такими хилыми, худыми ножками. Вот что получается, когда пропускаешь дни ног в качалке.
На мгновение в трубке повисает тишина, когда Майкл слышит мою просьбу. Он прекрасно знает, что она означает — пойти и найти для еб*нного предателя Рика неглубокую могилу в самой темной и заброшенной части Анахайма. Шум от покорного выдоха Майкла заполняет телефонную линию.
— Конечно, босс. Все равно мне нравились эти туфли, так что если я их «убью» не будет никакой гребанной разницы.
— Правильно, мужик.
— Что ты хочешь, чтобы я сказал «Оставляющим вдовами»? И знает ли Алексис, что твоя девчонка затеяла, чтобы найти ее? У меня создалось впечатление, что друг твоего старинного тюремного приятеля сильно привязан к ней.
— Нет, Алексис ничего не знает. Слоан хочет, чтобы так все и оставалось. Будет лучше держать язык за зубами.
— Так мы теперь что-то типа дипломатов?
Ага, меня самого посещали такие мысли, чувак. Но я не произношу их вслух. Издаю стон в телефон, таким образом, демонстрируя
свое легкое недовольство от того, что он спрашивает меня б этом. Остальных бы, черт побери, прибил за такие вопросы, но Майклу все сойдет с рук, даже убийство.
— Просто стараемся поддержать мир. Нам ничем не поможет, если Алексис и Слоан вцепятся друг другу в глотки.
Майкл мягко смеётся над моими словами.
— Так ты хочешь, чтобы сестрички поладили?
Я закатываю глаза. Если бы парень был рядом со мной, то я бы сломал ему руку. Впечатал бы ему по самое не могу за то, что он такой чувствительный придурок в данный момент.
— Нет, приятель. Мы свалим, как можно быстрее из этого гребанного штата.






