Я хотел ее именно
такой. Мокрой, потной, естественной.
На прием она пришла совсем другая. Губы накрашены ярко-красной губной помадой. Непослушные волосы собраны в высокий узел, из которого выбивалось несколько тонких белокурых завитков. Черное платье с облегающим корсажем, глубоким декольте и высоким разрезом, чтобы показать длинные стройные ноги.
Запредельно сексуальна, так что горло перехватило от похоти. Хотелось схватить ее за этот высокий хвост и волоком в ближайшую постель.
У меня было много женщин, даже слишком. Но ни к одной не было такой силы вспыхнувшего желания. Похищал я впервые. При этом не могу понять, что в русской особенного.
И ведь не мальчишка, гормоны уже гораздо спокойнее, мне тридцать шесть. Шейх двух племен, бизнесмен и владелец межнациональных корпораций, с тех пор как отец начал сильно болеть пять лет назад, я вынужден был встать у руля. Год назад отца не стало. Мачеха все еще не оправилась от горя. А матери я в глаза не видел – русская шлюха, сбежавшая из гарема отца. Он никогда не произносил ее имени. Меня вырастила мачеха, достойная женщина, которую отцу подобрал совет. Наследница и дочь шейха соседнего племени. Отец был с ней очень счастлив.
И вот сейчас, после его смерти, семейство шакалов – клан младшего брата отца, моего дядьки, начали делать всевозможные попытки урвать кусок наследства. Приходилось с ними сражаться. Быть осторожным и все время на чеку. Я не могу себе позволить слабость. Но Виталия… она походит именно под это определение. А значит опасна. Утолить голод и избавиться в ближайшее время. Вернуть отцу. Ни одна женщина на моем пути не сумела сделать меня слабым или эмоциональным. И ей не позволю.
Я должен думать о своем народе, и заниматься тем, чтобы делать их жизнь лучше. Отец учил меня тому, что долг
на первом месте. Развлечения – временны. Пусть русская дикарка посидит в грязи и сырости, подумает о своем поведении. Мне некогда заниматься ее укрощением. Пара дней в тюрьме, и я получу идеальную рабыню.
Виталия
Возвращение в реальность дается мне нелегко, тело будто налито свинцом, даже чтобы разлепить веки приходится приложить неимоверные усилия.
Наконец мне это удается, приоткрываю глаза и оглядываю помещение в котором нахожусь. То, что я уже не в скорой сразу понятно. Совершенно другие запахи. Сырости, плесени. Тут промозгло, неуютно. От темных стен веет холодом. Оглядываюсь по сторонам. Место, в котором нахожусь похоже на тюрьму. Очень похоже! Потому что вместо двери тут… Решетка. Я в клетке!
Как я могла попасть в тюрьму, за что?
Лихорадочно вспоминаю события. Авария, скорая, долгая дорога и странный укол, после которого все померкло перед глазами. Где я? Где Ксения?
– Помогите! Кто-нибудь! – кричу, срывая голос. Горло пересохло, нестерпимо хочется пить.






