Когда я наклоняюсь, чтобы взять полотенце, я замечаю конверт, лежащий рядом с моим телефоном. Моя рука на мгновение зависает в воздухе, а затем я лихорадочно осматриваю пространство, но нет никаких признаков того, что тут кто-то есть. Я не слышала, как кто-то входил или выходил, но я была так поглощена своим плаванием, что это не удивительно.
Осторожно я беру конверт и переворачиваю его в руках. На нем нет надписи, но он запечатан. Зная мою удачу, внутри, вероятно, сибирская язва. Я осторожно
открываю ее и заглядываю внутрь. Сибирской язвы нет, но есть фотография и записка. Нахмурившись, я вытаскиваю фотографию. Мои глаза расширяются, когда я узнаю её. Это та же самая фотография, которую Сэйнт показывал мне со своим отцом и его другом на стенде с трофеями, хотя эта явно копия и одно из полных изображений.
Я удивлена, обнаружив девушку, стоящую рядом с другом мистера Анжелла слева от него, ее пальцы переплетены с его пальцами. Она хорошенькая, с длинными темными волосами и голубыми глазами. Ее губы изогнуты в улыбке, когда она смотрит в камеру. В ней есть что-то странно… знакомое.
Что-то, от чего у меня перехватывает дыхание из-за сходства с чертами лица, на которые я смотрела в зеркало каждый день своей жизни.
Зачем кому-то давать мне это?
Снова залезая в конверт, я вытаскиваю оторванный листок обычной записной книжки. Я не узнаю почерк, хотя ясно, что записка была написана быстро.
Если ты уйдешь, ты позволишь ему снова победить. Точно так же, он поступил с твоими настоящими родителями. Спроси эту шлюху-наркоманку, которую ты называешь матерью, о Бенджамине Джейкоби и Норе. Затем спросите ее, чего ты будешь стоить для нее, когда закончишь учебу.
Вот и все. Вот и вся записка. Там нет подписи или дальнейшего
объяснения того, почему они дали мне эту фотографию. Это должно быть розыгрыш, верно? О ком, черт возьми, они могли говорить? Кто победит? И что они имеют в виду, говоря о настоящих родителях?
Прежде чем я могу попытаться расшифровать больше загадочного письма, я замечаю, как мой телефон тихо мигает краем глаза. Имя Карли освещает мой экран. Я беру трубку и вижу, что это не первый ее телефонный звонок. Пораженная, я отвечаю.
— Алло? Карли? Что случилось?
— О, слава Богу! Я так беспокоилась о тебе! Где, черт возьми, ты была? Я пытаюсь дозвониться до тебя уже почти два часа!
Ее тон и настойчивость заставляют меня напрячься от мгновенного беспокойства. Она слышала о Дилане? С моей удачей, всё собрание, вероятно, находится в тренде на YouTube, мой позор отображается на весь Интернет.
— Я плавала, — отвечаю я так спокойно, как только могу. — Что происходит?
— Я видела твою школу в новостях, милая, и это напугало меня до смерти!
Эти слова ударяет меня так сильно, что мои плечи выгибаются вперед.






