Кое-как переживаю убийственный электрический разряд и теперь уже сам торопливо штудирую электронный документ, чтобы убедиться в том, что залившаяся горячечным румянцем девчонка не врет.
— Миронова плюс один. Ты не могла знать. Его то ли троюродная, то ли четвероюродная тетка. И я не учел…
Вернув Аристовой гаджет, я неуклюже перед ней оправдываюсь, желая отмотать события назад и затушить вспышку гнева раньше, чем она возьмет верх над моим разумным началом. Рефлекторно тянусь к упавшей Лиле
на нос пряди волос, да так и замираю на полпути, потому что к нам подбегает девчушка лет четырех-пяти и доверчиво прижимается к моей собеседнице.
— Мамочка, я хочу пить.
Брошенное детским звонким голосом «мамочка» стопорит все процессы в организме. У Аристовой из пальцев выскальзывает планшет и с характерным хрустом приземляется на плитку. Следом за ним летит мой телефон, издав подобный предсмертный хрип. А мне кажется, что внутри с треском ломаются кости, как будто я только что пропустил мощнейший по силе, подобный тайфуну удар.
Если бы Лиля тогда не сделала аборт, это нашей с ней дочери могло быть четыре года.
Глава 2
Оставь в покое меня, я был последним, да, подонком.
Отогрела меня — сегодня выберу холод.
А ты лети, моя звезда, ну, или падай — как хочешь.
Сегодня дым сигарет оставит на кухне свой почерк.
(с) «Из-за тебя», Ramil’, Елена Темникова.
Игнат
— Коваль!
— Аристова!
Снова обмениваемся обоюдоострыми подачами и ненадолго затихаем. Мысленно вываливаем друг на друга шквал претензий, кромсаем не восстановившуюся до конца нервную систему, выкручиваем друг другу суставы до характерного хруста. Но для публики выглядим более, чем профессионально с приросшими к физиономиям фальшивыми масками.
— Сейчас, солнышко. Найдем тетю Олю, и она для нас достанет все, что захочешь. Воду, сок, лимонад. Хорошо?
Отгородившись от меня, Лиля бережно берет дочку за руку, а я только сейчас
осознаю, насколько сильно они похожи, как будто талантливый художник кропотливо писал с оригинала не менее завораживающую копию.
Те же гладкие светло-русые волосы. Аккуратный чуть вздернутый нос. Пушистые ресницы. Глаза цвета хмурого неба. И алые губы сердечком. Даже осанка эта горделивая — одна на двоих.
До конца не переварив обрушившиеся на меня, подобно снежной лавине, вводные, я методично растираю грудь, где селится невыносимый стылый холод. Затем оттягиваю воротник душащей меня футболки и теперь уже сам озираюсь в поисках какого-нибудь напитка.
— Держи.
Странно, но стакан с безалкогольным мохито мне в ладонь впихивает саркастично ухмыляющийся Бекетов. С зачесанными назад темно-каштановыми волосами, выразительными карими глазами и небольшими полными губами он очень напоминает Джонни Деппа в молодости.






