Она понимала, что Алексей, как хозяин имеет власть, но вопреки всему она твердо для себя решила, что он ни за что не подчинит ее. Уверенная, что сумеет сохранить чувство собственного достоинства, она вышла из беседки.
Алексей отвел Еву в свой дом и оставил на попечении служанки, которой приказал найти подходящий купальник. А сам он направился к бассейну. Там Алексей разделся и прилег на шезлонг.
Природа не обделила его красотой. Он был достаточно высок, строен, обладал крепким атлетическим телосложением. Черты его лица были правильными и тонкими. Его холодные голубые глаза всегда излучали уверенность. Алексей всегда знал, чего хочет и был уверен в том, что получит все, что пожелает, несмотря
ни на что. В его осанке, походке и тоне голоса чувствовалась власть. Он был рожден, чтобы стать хозяином. Еще с детства Алексей четко усвоил, что он относится к тем людям, которым принадлежат частицы мира.
Ева пришла к бассейну через полчаса. Стесняясь раздеваться перед хозяином, она предпочла остаться в легком халатике, который накинула в доме.
Алексей, как и при встрече, окинул ее оценивающим взглядом и, как будто поняв, что она стесняется его, усмехнулся. Он поднялся и приблизился к ней. Алексей хотел снять с нее халатик, но Ева не позволила ему. И тогда он, обняв ее за талию, резко притянул к себе и поцеловал в губы.
Освободившись из его крепких рук, Ева в гневе хотела залепить ему пощечину, но, вспомнив, что он хозяин, сдержалась.
— Вы слишком много себе позволяете, — гневно заявила она. — Ваш широкий жест еще не дает вам право так вести себя со мной.
— Я веду себя так, как хочу. К тому же ты живешь на моей земле, а значит, я имею все права на тебя.
— Да, — согласилась Ева, — я живу на вашей земле. Но я подчиняюсь законам клана, — подчеркнула она, — а не лично вам.
Алексею понравились ее слова. Она готова была сопротивляться, чего он и ждал от нее. Мысленно отметив, что у девушки
довольно строптивый и бойкий нрав, он спокойно сказал ей:
— Время покажет, кому ты будешь подчиняться.
Ева прекрасно понимала, что беззащитна перед ним. И это приводило ее в негодование. В душе ее всегда злило своеволие хозяев и безропотное терпение поданных. Помня о своем достоинстве, она мысленно еще раз повторила, что не станет подчиняться ему как рабыня.
— Я не хочу здесь больше оставаться, — смело сказала она. — Я ухожу, и мне все равно нравится вам это или нет.
— Ты можешь идти, — ответил ей Алексей таким тоном, словно она просила его разрешение. — Я хочу видеть тебя завтра.
— Я не приду завтра.
— Если не придешь, пожалеешь, — предупредил он.
— Но я не могу завтра.
— Мне все равно можешь ты или нет. Я хочу видеть тебя.
Больше всего Еву раздражала его манера говорить: "Я хочу, ты должна".






