Я проплыла под водой довольно долго, пока могла задерживать дыхание. Прорвалась на поверхность, минуя зеркальную гладь волн, и легла на спину.
Мышцы расслаблялись быстрее, чем от массажа. Вода попала в уши и звуки с берега почти не доносились до слуха. Я закрыла глаза. Тишина. Мой рай.
Не знаю, сколько я была в воде, но в какой-то
момент поняла, что пора возвращаться, если не желаю отрастить себе хвост и уйти жить на дно к рыбкам.
Солнце уже не так обжигало. Я улеглась на шезлонг под ротанговым навесом и всеми силами гнала от себя угрызения совести от того, что кайфую на берегу, тогда как Брук ищет мой телефон. В конце концов, у меня производственная травма. Пусть и не очень серьезная. Пусть уже почти прошла…
Словно в подтверждение своих мыслей, я приподняла пострадавшую ногу и прокрутила сперва по часовой, потом против часовой стрелки. Не болит. Легко отделалась.
— Я вижу, нога в порядке? — прозвучал рядом знакомый мужской тембр.
Я вздрогнула всем телом и инстинктивно дёрнулась в сторону от голоса, попутно открывая глаза. Ширина шезлонга подо мной не позволила мне остаться наверху после таких финтов, и я плашмя свалилась на песок. Хорошо хоть не лицом.
Марк возвышался надо мной, закрывая собой солнце. Но даже будучи сокрытым в тень, мне было видно, как он прячет улыбку. Вернее, я точно это знала. Он снова надо мной
смеётся. Я начала заливаться краской от стыда и от злости. Он протянул мне руку.
— Давай помогу.
— Помог уже, — я отпихнула его руку и села на шезлонг. Начала демонстративно тереть полотенцем волосы, глядя в сторону. — Мы вроде договаривались, что ты перестанешь меня преследовать.
— Я тебе и не преследую.
— Да ну.
Я повернулась к нему лицом, иронично подняв брови. Он усмехнулся и сел напротив.
— Представь себе. Так уж вышло, что я поселился вооон в том отеле. И пляж у нас один.
— Надо же, как повезло. Прямо таки не верю своему счастью.
Он чуть прищурился и спросил серьезно:
— Ты всегда так резко общаешься?
— С людьми, которые меня раздражают — да.
— И чем же я тебя так раздражаю?
— Буквально всем.
— Это не ответ.
Я положила полотенце на колени, посмотрела на него с вызовом.
— Что тебе от меня нужно? — спросила его, всем своим видом стараясь показать безразличие. — Почему просто нельзя оставить меня в покое? Ты мне не интересен. Ни как друг, ни как спонсор, ни, тем более, как мужчина.
— «Тем более»?
— Тем более. Чем быстрее ты это поймешь, тем будет лучше для всех. И отойди, пожалуйста, от солнца. Не хочу загореть пятнами.
Он поднялся, пожал плечами.
— Ладно. Как хочешь. Тогда твой телефон я, пожалуй, оставлю себе, — с этими словами он развернулся и направился в сторону своего отеля.
Я соскочила на ноги и догнала его через пару шагов. Дернула за плечо.
— Эй! А-ну стой! Мой телефон у тебя?
— Ага.






