ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Палач, Автор - Даниэль Зеа Рэй, Серия - Жатва [2], , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Палач Даниэль Зеа Рэй Палач, Автор - Даниэль Зеа Рэй, Серия - Жатва [2], , Жанр - Любовно-фантастические романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пролог Я медленно шла вперед. Сил удерживать плеть не было, и она рассыпалась в пространстве. Он тоже был там. Мой враг. Я все еще не смогла понять, кто он такой. Я не рассмотрела его лица в третьем измерении. Теперь мы здесь, в четвертом. – Кто ты такой? – застонала я, продолжая идти. – Кто ты, твою мать, такой! Движение за спиной. Лезвие прошило грудь насквозь. Ровно в том же месте, где был мой рубец. Поток хлынул из меня фонтаном. – Твоя клятва Возмездия, сука! Я поняла, что падаю. Провалилась в третье. Провалилась во второе. Рухнула на пол в первом измерении. – Мэйю, твою мать! – Кровотечение! – Доктор Соммервиль! – Лори, мойся вместо нее! – Давление теряем! – Не могу остановить! – Клипируй, – прошептала я. – Ни черта не вижу! Все заливает! – Давление теряем!!! Вызовите Кина! Соммервиль плохо! – Доктор Соммервиль! Доктор Соммервиль! – Клипируй, – шептала я. – Ни черта не вижу!!! Отсос! – Клипируй… Тот, кто за мной пришел, знал, что делал. Он не хотел убивать меня. Он хотел, чтобы я убила ребенка, которого оперировала. Ребенок умер в одиннадцать тридцать две от кровотечения, причиной которому стало мое падение в момент, ког

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Почему ребенок должен погибнуть, а пьяный водитель остаться в живых? Чей это план? Бога? Но я не видела Бога, я и есть Бог для всех них. Я протянула ладонь к водителю и поманила пальцами его Поток. И тонкая струйка потянулась ко мне. Ребенок должен жить. Синее свечение коснулось пальцев. Мне не нужен его Исток. Только энергия Потока. Я окунула ладонь в это синее свечение и вобрала его Поток в себя. Затем направила указательный палец на ребенка и отдала все ему. Источник водителя стал мерцать и меркнуть. Вот и все. Все.

Я открыла глаза. Не сразу услышала вой сирен. Они заглушали плач ребенка. Его достали из-под машины. Посыпались слова благодарности Богу за чудесное спасение. Я записала их на свой счет. Воодушевленный народ не сразу заметил, что водитель машины лежит на дороге в стороне и не двигается. К нему подбежал кто-то, стал трясти за плечо.

– Джером! Вставай, пьяный ублюдок!

Я отвернулась и пошла дальше. Джером. Мою первую жертву звали Джером.

***

Вечером не было вопросов о том, где я шаталась целый день и почему шмыгаю носом. На следующий день я слегла с температурой. Через неделю меня госпитализировали с двусторонней пневмонией в больницу Т. Еще день спустя я оказалась в реанимации. Я знала, что сама выбрала эту дорогу. Я ждала, когда, наконец, мне позволят пройти ее до конца. Я не знаю, кто отдал за меня жизнь. Кого дядя Альфред выбрал в жертвы Жатвы, чтобы спасти меня. Но второе имя

точно можно было записать в список моих жертв.

***

В больнице, где меня держали, визитеры ко мне заявлялись редко. Альфред постоянно передавал мне приветы от моей родни. Матери с отцом накладно было ездить за триста километров меня навещать, а пользоваться социальными сетями мне до сих пор запрещалось. Потому все общение сводилось к передаче приветов и пожеланиям скорейшего выздоровления. В один из дней Альфред пришел ко мне не один.

– Мэйю, познакомься, это Дерек!

Дерек, которому было явно за двадцать, улыбнулся и остановился у моей койки. Зачем Альфред привел с собой хранителя, я не знала и знать, в общем-то, не хотела.

– Вы пообщайтесь немного, – Альфред подмигнул мне, – а я пойду нам кофе принесу.

Оставшись наедине с хранителем, годков на шесть-восемь меня старше, я надвинула одеяло на плечи и прищурилась.

– Это мне стоит тебя бояться, а не наоборот, – он поставил стул у моей кровати и присел на него.

– Кто ты такой?

– С этого момента – твой лучший друг, – он произнес это обреченно, как будто выбора ему не дали.

– И кто решил, что ты мой лучший друг?

– Не я, –

он сложил руки на груди.

– Стоит пневмонию подцепить – а они уже трясутся от страха и приставляют ко мне охранника, – я откинула одеяло и присела в кровати.

– Палачи редко болеют, – заметил он.

– Редко, но метко, – вздохнула я.