Ближе к центру начали попадаться относительно свежие постройки, яркие домики под сайдингом или солидные бревенчатые коттеджи. Рядом с большими городами такие посёлки оживали только дачниками.
Сейчас же здесь было тихо и безлюдно. Я сделал остановку на одной, она же центральная, улице, вышел из машины и глубоко вдохнул холодный воздух. Сначала надо было решить — куда отправиться в первую очередь. Хотя чего тут решать — поселковый магазин и причал. Сказано — сделано!
Продмаг, он же хозяйственный и промтоварный, встретил полумраком и первым увиденным мною после моей деревни трупом. Тот уже начал изрядно попахивать, пришлось замотать голову шарфом, надеть перчатки и вытянуть разбухшую тушку продавщицы с помощью ремней наружу. Я открыл окна и двери пошире и пока помещение проветривалось, махнул к причалу. Сам он меня огорчил запущенностью, все моторки оказались уже убраны или уведены в город. Но подняв голову, я невольно отступил назад, судорожно стягивая ружьё с плеча. Напротив посёлка, у небольшого островка, зарывшись в воду носом, находился рейсовый
теплоход. Опомнившись, я потянулся за биноклем и внимательно осмотрел потерпевшее аварию судно. Пусто, только показалось, что на задней палубе что-то темнеет. Если там и остались люди, то они точно мертвы.
Понаблюдав за теплоходом еще минут десять, вернулся к автомобилю. Хоть я тот еще мизантроп, но на душе было все-таки муторно, столкнуться воочию с последствиями неведомой катастрофы неприятно. По спине пробежал мерзкий холодок, руки невольно затряслись. Чёрт, быстрее отсюда!
В магазине я сразу шагнул к полкам со спиртным, открыл первую попавшуюся бутылку и сделал хороший глоток. Отпустило, фу… Страх близкой смерти, оказывается, всегда присутствовал в моей душе. Я глушил его ежедневной суетой, жестким распорядком, строил какие-то планы на будущее. А реально ценна только та тонкая ниточка, что держит нас на поверхности жизни. Судьбы человечества и миллиардов людей блёкнут перед собственной, за свою шкурку всегда дрожишь больше. Наверное, кроме меня сейчас выжили только такие же эгоисты и самолюбцы.
Понемногу пришел в себя и глянул на бутылку, которую все еще держал в руке. Ого! А губа не дура, отличнейший шотландский односолодовый виски Glenlivet. Откуда в этом поселковом лабазе такие дорогие напитки? Ага, наверное, для дачников завезли, да так и стоит, ждёт покупателя. Решение пришло сразу: отыскав подходящую коробку, я сгрёб в неё все приличные напитки. Даже пришлось искать еще одну, кроме виски и коньяка отобрал водку и вино, оставив
только дешевые сорта, популярные у аборигенов. Эх, знали бы вы, сколько народу в России выкашивают именно эти дурные напитки, бандиты и террористы отдыхают.






