К тому моменту, когда случился конфликт, изоморфы чувствовали себя на этом слое реальности вполне уверенно. Поэтому, как только стало ясно, что пощады не будет, они создали и установили по всему Ирнеллу вот эти устройства.
— Это они разрывают связь изнанки с реальным миром? — настороженно уточнил я.
— Не разрывают. Скорее, раздвигают их, как распорками. Чем дальше изнанка, тем сложнее нам перейти оттуда в мир живых. Поэтому «распорки» устанавливали до тех пор, пока связь между слоями реальности не стала совсем призрачной. И пока на Ирнелле почти не осталось мест, через которые мы можем сюда проникнуть.
— Но ты же говорил, что это опасно…
— Сборщики душ, вселившиеся в человеческие тела, еще опаснее, — возразил контролер. — Правила были придуманы не зря. Могущественная сущность вроде меня настолько тяжела для этого слоя мироздания, что одним своим присутствием способна ее повредить. Когда же таких сущностей сразу четыре…
— А наблюдатель что, об этом не подозревал?
— Он
посчитал, что внутри человеческого тела угроза будет незначительной. «Барьерники», разумеется, об этом не знали. Скорее всего, они и не понятия не имели, что эксперимент по вселению все-таки закончился успехом. Все, чего они хотели добиться, это не допустить обезумевших собирателей в мир живых. Однако к тому моменту, как был запущен последний прибор, они уже оказались здесь. Внутри простых человеческих тел. И аппараты «барьерников» не изгнали, а всего лишь заперли эту четверку, превратив из богов в самых обычных узников. При этом вскоре выяснилось, что украденное тело долго не живет, поэтому каждые двадцать-тридцать лет собирателям требовалась замена. Ну а поскольку в человеческом облике читать чужие души сборщикам стало труднее, их силы уменьшились, а некоторые способности вообще пропали, то поймать изоморфов стало еще сложнее, в конце концов им пришлось действовать чужими руками, подключив к поискам Ковен.
— Только теперь изоморфы им понадобились еще и для того, чтобы освободиться из плена, — помрачнел я, когда Шэл умолк. — После чего с самого верха была развернута массированная пропаганда, где «барьерников» объявили исчадиями ада, а многое из того, что они создали, происками лукавого.
— Что-то вроде того. После этого на твоих коллег начали облаву с двух сторон. Тех, кого брали живыми, собиратели допрашивали лично, ища в памяти узников новые имена, лица и места, где прячутся уцелевшие изоморфы. Улишши, разумеется,
защищали хозяев до последнего. Сборщики, в свою очередь, старались их не убивать, чтобы не получить дефектное тело, поэтому даже чтение душ не всегда приносило удачу. Только поэтому многим изоморфам удалось остаться неузнанными. И ни один из них не выжил во время попыток использовать их в качестве доноров.






