– Но это же...
– Уходите отсюда! И никогда больше не возвращайтесь.
– повысил он голос.
– Ничего хорошего здесь уже не будет.
– Вы нас отпускаете?
– Да... – он развернулся и сильно хромая, двинулся обратно в сторону гермоворот. Затем остановился,
обернулся и с горечью в голосе произнес. – Простите нас всех!
Через несколько минут майор неторопливо скрылся во тьме туннеля. Доберется ли он до командного бункера?
Никто не проронил ни слова.
– А кто это такой? – наконец-то спросил Павел, пнув ботинком лежащее на песке тело профессора.
– Один из тех, кто в 1986 году устроил ту ужасную бойню. Это Штрасс.
– О, как...
– присвистнул тот. – Тот самый?
– Да.
– Скотина!
– Люди, надо отсюда выбираться! Всем нужна медицинская помощь, - произнес ослабевший Дмитрий, сидя на бочке.
– Павел, как думаешь, как они сюда попали?
– спросил я.
– Скорее всего, по воздуховоду. Сейчас посмотрю.
– он быстро двинулся в ту сторону, откуда ранее появился Штрасс.
Через пару минут раздался его голос.
– Ну да, точно. По воздуховоду. Тут лестница! Кажется,
я вижу свет...
– Лампы, что ли?
– Нет! Небо!
– Что-о?
– Только очень далеко. Около полусотни метров, наверное.
– Идем! Пора выбираться отсюда, - решительно произнес я.
– Мы слишком задержались здесь.
...Через двадцать минут, все мы наконец-то поднялись на поверхность. Был полдень. Павел прикрывался руками - даже такой свет его слепил.
Из-за серых туч выглядывало солнце. Чистый, холодный воздух наполнил легкие.
Вокруг шахты воздуховода стояли давным-давно заброшенные коровники. А вдалеке, над крышами строений я увидел какие-то здания. Разумеется, это была Москва.
У входа в один из коровников, мы обнаружили черный, заляпанный грязью внедорожник "BMW X6" - была машина профессора Штрасса. По соседству с ней был организован дежурный пост – стояла большая палатка, рядом лежали несколько ящиков и мешков. На одном из деревянных ящиков стояла массивная армейская рация. Сверху был установлен большой деревянный навес.
Горел костер. В палатке, на складном столике еще красовалась недоеденная банка
тушенки, кружка с чаем и внушительный бутерброд. Наверное, кто-то постоянно находился здесь, видимо ожидая сигнала открытия гермоворот. Вряд ли профессору что-то из этого еще понадобиться.
Вдруг, ожила рация.
– Штрасс, черт побери, куда вы пропали?
– сердито произнес неизвестный, сильно искаженный помехами голос.
– Мы отправляем к вам группу быстрого реагирования, ждите!
– А, черт! Нужно валить отсюда и поскорее!
– крикнула Катя, помогая раненому Андрею влезть в машину.
Уже находясь внутри салона, снимая изношенную обувь, я с удивлением обнаружил у себя на лодыжке едва приметный шнурок с небольшой пластиковой капсулой, в которой оказалась тщательно свернутая крохотная записка.






