– Я никогда не интересовался по-настоящему я Машкин отец или он. Просто любил ее и заботился. А он даже дочь свою ко мне ревнует. Я! Я! Мое! Неправильно это. Делов вместе нахуевертили, а виноват всегда я получаюсь.
– И что мы будем делать? – вытерев сопли, спросила Кристина. Мне понравилось слово «мы», хотя ответственность, конечно же, лежала на мне. – Нужно что-то делать!
– Знаю, что нужно! Поэтому вы с Машей и Зиной сегодня же уезжаете из Ивушек. Я отвезу вас в город. Пересидите там, пока я не разберусь с этой горе-мамашей! И с братом.
– А куда именно мы поедем? В ту квартиру?
– Катя знает про ту квартиру, туда нельзя. Я еще не решил куда. Не нашел безопасное место.
Кристина немного помолчала, ломая пальцы, а потом глубоко вздохнула, как перед прыжком, и гордо вскинула
голову.
– Мы можем спрятаться у моего отца! – твердо произнесла она.
– Да не-е-ет, – покачал я головой. – Только не у него!
– У папы хорошая охрана. Там нас не станут искать.
– И все же...
– Я сама с ним поговорю! Попрошу о помощи!
– Не нужно унижаться перед ним! Я что-нибудь придумаю, Кристина!
– Я делаю это ради своей семьи! Ты сам говорил, что просить о помощи – это не проявление слабости, а здравый смысл.
Это когда это я такое говорил? Разве говорил? Я? Блядь, было дело. Это было бы идеальным вариантом, если бы не моя неприязнь к Аббасову. Ради семьи можно и потерпеть.
– Хорошо, Кристина, спасибо! Я буду очень благодарен! Я...
– Не нужно, Антон! Я буду просить ради всех нас! И ради себя тоже! Я тоже люблю Машу! Мой отец виноват перед тобой! Пусть помогает! К тому же он скоро станет депутатом. У него хорошие связи. Он должен помогать своим избирателям. Так и быть, проголосую за него. Если паспорт получу.
Кристина улыбнулась, шагнула ко мне и обняла, повиснув на моей шее. Чмокнула в губы, погладила ладошками по небритому лицу. На душе стало легче и светлее. Как этим маленьким женщинам удается успокоить мужика одной улыбкой, одной фразой, одним прикосновением? Магия!
Она ушла звонить Стасу, а я молился, чтобы он ее нахуй не послал после всех их семейных терок. За Маринку я зла на него не держу. Сучка не захочет, кобель не вскочет. Не любил я девчонку. Любил бы, все кости бы переломал, как Дэн мне порывался. Может Стас судьба ее? Кто знает?
53.
Кристина
– Проходите, гости дорогие! – бегал вокруг нас отец.
Он так легко согласился нас всех приютить и теперь так явно лебезил перед нами, что я почти поверила, что он хочет исправить былые косяки. Но я слишком хорошо его знала, чтобы это было правдой.
Антон чувствовал себя не в своей тарелке. Все время молчал, отвечал односложно. Отец пригласил нас в кабинет для разговора. Антон объяснил отцу в общих чертах, что нам было нужно от него, но папа таким количеством информации не удовлетворился. Он выудил из него все подробности.






