Когда была жива мама и в доме царило счастье, родители давали ей самое дорогое образование, маленькая Диана учила сразу несколько языков и среди них был итальянский. Ее няня была итальянкой, которая разговаривала исключительно на итальянском языке. А теперь взрослая Диана сидит в самой дорогой карете, едет в церковь и выйдет оттуда миланской герцогиней. Как возможно такое совпадение?
Карета дернулась и тут же остановилась.
— Приехали, — крикнул кто-то из мужчин, и Диана откинула мысли прочь. Она вжалась в сидение, ощущая ладони Марты на своих руках.
— Все будет хорошо, — прошептала она, — он строг, но у него есть сердце. Рано или поздно оно будет вашим.
Ей не хотелось ни сердце Стефано Висконти, ни титула герцогини, ни золотой кареты. Ей хотелось мчаться на Бьянке к обрыву, а потом долго смотреть сверху вниз.
Дверь открылась и тут же показалась рука Маурицио в черной перчатке. Диана продолжала слышать крики, детский смех. Сейчас она выйдет и станет объектом пристального наблюдения. С сегодняшнего дня ее будут разглядывать с интересом здесь, в Павии, а завтра в Милане.
Диана поправила вуаль на лице, пока герцог сам не откроет лица невесты, никто его не увидит, и ступила на землю. Сейчас фата спасала, Диана
наблюдала за всеми, но они не видели эмоций на ее лице. Как только она встала во весь рост, все тут же закричали.
— Они немного дикие, но на вас они возлагают большие надежды, поэтому радуются искренне, — тихо произнес Маурицио и подставил Диане сгиб локтя.
Она взяла его под руку, слегка обернувшись, проверяя, как служанки расправляют подол платья и длинную вуаль. Восторженные крики женщин и детей возобновились и немного нервировали, но это обоснованно. Для них она почти королева, и они не знают, как сложно даются шаги в эту церковь.
Как только приготовления невесты были готовы, Маурицио повел Диану внутрь церкви. Вход был украшен светлыми цветами и лентами, но она не обратила внимания на их красоту. Волнение участилось. Уже виднелась дорога убегающая в темноту к алтарю. Там должен ее ждать герцог. Гостей Диана увидела лишь тогда, когда переступила порог церкви. Но изменения в освещении ее на время ослепили, а
потом она забыла вообще про гостей, потому что увидела Его Светлость.
Стефано Висконти гордо стоял возле алтаря, сцепив руки сзади. Он был одет как настоящий король с торжественной лентой, перекинутой через плечо. Она была яркой на его черном одеянии: белой с красной полосой- цвета Миланского герцогства. На груди герцога красовался большой золотой медальон, на которой был изображен бисцион- тот самый змей, глотающий человека.
Больше Диана ничего не запомнила, потому что Маурицио опустил свою руку, как лишая поддержки.






