К лучшему или к худшему, я влюбилась в мужчину с некоторыми довольно уникальными обязательствами, и я не знала точно, что они значили для нас. У меня не было возражений по поводу того, как сложилась наша теперешняя жизнь; на самом деле, мне казалось, что я живу в каком-то сне, но будет ли это нашей жизнью навсегда? Были ли вещи, о которых шутила Рут, навсегда недоступны?
Все, что я знала, это то, что я любила его и хотела быть с ним, и я решила, что мы решим это по ходу дела.
Примерно через неделю Себастьян удивил меня еще одной поездкой
в Mi Casa. Это было так же тепло и гостеприимно, как я помнила, с несколькими официантами, которых я только смутно узнала, приветствовавшими меня как старого друга. Еда снова была невероятной, и так как я знала, что будет дальше, я гудела в предвкушении всей трапезы.
Когда тарелки были убраны и заиграла музыка, Себастьян встал и протянул руку.
— Могу я пригласить Вас на танец, миледи?
На этот раз не было никаких колебаний.
— Конечно, сэр, — ответила я, хихикая.
Мы танцевали, казалось, несколько часов, наши тела медленно воспламеняли друг друга чувственным ритмом. Я почти ожидала, что он снова отведет меня в сторону, чтобы снять напряжение, но, к моему большому разочарованию, он сдержался.
В конце концов, он подвел меня к краю толпы, а затем к двери. Мне не нужно было спрашивать, куда мы направляемся.
На улице было намного теплее, чем в прошлый раз, когда он привозил меня сюда, и даже на мысе, совершенно открытом стихиям, дул только мягкий морской бриз. Мы устроились на траве, всего в нескольких метрах от края утеса, и прижались друг к другу, глядя на темную воду.
— Это действительно захватывающий
вид, — сказала я.
Он кивнул, но не ответил, его брови слегка нахмурились в задумчивости.
— Все в порядке? — Я спросила.
Он несколько раз моргнул, затем повернулся ко мне, его губы изогнулись в улыбке.
— Все идеально. — Он поцеловал меня в макушку. — Хотя я действительно хочу поговорить с тобой кое о чем.
— О? Дай угадаю. Томас вышел из-под контроля и охотится за нами прямо сейчас, пока мы разговариваем!
Он рассмеялся.
— Не совсем. — Выражение его лица сменилось чем-то похожим на нервозность. — Я надеялся, что ты захочешь сделать наше проживание постоянным.
— По-настоящему? — По сути, мы уже жили вместе, но, тем не менее, официальное признание было большим шагом.
— По-настоящему, — подтвердил он. — Мне нравится знать, что ты моя и я могу приходить домой каждый вечер. Я хочу знать, что это у меня навсегда.
Слово «навсегда» вызвало теплое покалывание в моей груди.
— Ты говоришь так, будто я содержанка, — ответила я.






