Ощущение, что я участвую в каком-то розыгрыше, становится лишь сильнее. Жаль, что просто нет времени это нормально обдумать. Наверно, на это и рассчитано...
– Ты сказала, ведьма, что погибнет всякий, кто будет владеть тобой, так? И от этого сгинул наш Голова?
– нараспев произносит седобородый, сдвигая на переносице кустистые брови.
– А, что?
– чёрт, ну вот опять я не слушала, задумавшись.
Какой
всё-таки динамичный сценарий...Полное погружение...Ещё эти крики и паника вокруг. Массовка, бесспорно, шикарная...Кто вообще мне это устроил? Ожоги на ногах самые настоящие - ноет невероятно...Это перебор уже для любого квеста...Убью...
– Слушай сюда, девка!
– вдруг рявкает дед и с размаху лупит меня по плечу своим посохом.
От шока я только широко распахиваю рот и пытаюсь вытолкнуть из груди вставший комом воздух. На глаза невольно наворачиваются злые слёзы, сквозь которые я возмущенно смотрю на своего обидчика. У человека явные проблемы с пониманием границ дозволенного...
– Во-о-от,- удовлетворенно тянет старик, ничуть не смущенный тем, что только что ударил женщину,- Три луны, так? Три луны быть твоим хозяином - смерть...
Я на это ничего не отвечаю. Вообще плохо понимаю, о чем он там толкует. Ну, луна - месяц, наверно...
– Пусть же тогда тебя варравы и забирают...Ежели живой довезут, то сами от тебя и сдохнут,- злобно скалится старик, тускло сверкая из-под лохматых бровей водянистыми глазами,- Ну а снасильничают прям тут, так туда тебе и дорога...Елейка, от столба отвяжи её и ноги с руками, чтоб не поняли, что её жгли! Пущай побегает...
На морщинистом лице деда расцветает похабная улыбка, он плюёт себе под ноги, бросив на меня исподлобья прощальный тяжелый взгляд, и торопливо уходит, больше не оборачиваясь. Парнишка с пустыми ведрами спешит за ним. Еще мгновение и они оба растворяются в суматошной толпе, в которой все меньше обычных людей, и все больше вооружённых мужчин в жестяных доспехах.
Звуки кругом постепенно сменяют тональность. В них уже не ужас и паника, а боль и ярость. Звон битвы - металла и глухих ударов подбирается все ближе, стоит в ушах. Названный Елейка, что-то бормоча себе под нос, кидает горящий факел на пыльную землю, выхватает кривой ножик из-за пазухи и подлетает ко мне. Я испуганно охаю, но белый как мел, продолжающий тихо бормотать
парнишка режет только веревки, связывающие меня, дрожащей рукой.
– Великая Матерь...Великая Матерь...Да что ж ты будешь делать...Быстрей...быстрей...
– Это скоро кончится?
– интересуюсь у парня звенящим от переизбытка эмоций голосом,- Эй, Елей, что у вас тут вообще? Эй!
– Варравы...- он вскидывает на меня круглые, полные ужаса глаза и тут же отворачивается, нагибаясь к ногам.
Я с наслаждением повожу затекшими плечами и тру онемевшие, покрытые ссадинами и следами от пут запястья.






