Мысленно я придумывала особое приложение для комфона с голографической разверткой, которое будет имитировать лицо человека перед терминалом спонсируемых звонков. Чтоб очи горели азартом, а губы шептали «да, да, хочу такое мыло!». И, разумеется, чтобы ни одного взгляда мимо. А у меня уже глаза слезятся.
Нас, наконец, соединили с Жаклин. Разговор длился всего две минуты. По экрану постоянно шли помехи, как это бывает при близком воздействии торс-полей. Но корабль «отдыхал» после прыжка. Странно. Ничего, главное, Жаклин знает, что я в безопасности, а я узнала, что семейство Гольдбергов ждет моего появления на шоу «Свободный мужчина». Ну-ну.
Я вернулась на свое место. Гиэ Даак уже был там. Он нетерпеливо поглядывал на наручные часы. Дорогие часы, дорогой мужчина, а компаньонка ему отказала.
— Слушай, — вполголоса обратилась я к Фиби. — насколько я понимаю, аффэ-клубы и бордели — это одно и то же.
— Не совсем, — шепотом ответила Фиби. — Смотря какой клуб. Есть такие, куда девчонки целенаправленно идут замуж выходить. Это если они, конечно, талантливые и образованные. И никакого секса, только общение. Можно и третьей женой стать, не только четвертой. Были случаи, и первой становились. И даже единственной, «хаат», «сердцем», — глаза Фиби мечтательно закатились. — Что? Не смейся! Да, я иногда читаю каа-драмы и смотрю блоги визуалов. В книжках и менталках это все очень красиво описывается и показывается. Но в реальности такого мало.
И есть клубы, где негласно… ну, ты понимаешь… и даже с аффэ-аниманами, которые типа люди-животные. Считается, каалаханцы их не любят. Ха-ха-ха!
— Слышала, — кивнула я.
Гиэ Даак смотрел на часы и дергал ногой. Я тоже сверилась с табло над сидением и убедилась в том, что «Уранос» запаздывает с торс-прыжком. Даак подозвал к себе борт-проводницу. Она подскочила к нему с испугом на лице, а выслушав каалаханца, быстро удалилась в сторону рубки. Чего они так перед ним лебезят? Вернулась стюардесса с молоденькой, тоненькой, словно тростинка, девочкой-мулаткой, лет семнадцати на вид. Девочка и каалаханец завели разговор. Даак все больше повышал голос. Эрик толкнул меня в бок и показал глазами на мулатку:
— Видела? Наш вибрант. А этот, остроклювый… владелец корабля.
— Гиэ Даак?
— Да, точно. Даак Корпорэйшн владеет «Ураносом» и его «близнецом», «Сигмой». Мы должны были лететь на «Сигме», но билеты выкупила компания-представитель одной из конкурсанток. Мы должны были уже покинуть систему Эдж, но почему-то запаздываем.
— Интуиция?! Мне плевать! — донеслось до нас. Даак почти кричал на девочку-вибранта, совершенно невозмутимую.






