Спасибо тебе. Ты спасла его.
— Как он сейчас?
— Он долго будет восстанавливаться. Главное ему не переживать. Но как, он все время думает о Эм.
— Будем его отвлекать. Сейчас главное, чтобы пришел в себя. Можно к нему?
— Да врач разрешил.
— Идемте.
Мы
заходим в палату. Он лежит очень бледный. Рядом с ним стоит аппарат и пикает в такт его пульса, он не очень быстрый и не очень медленный. Анна садится в кресло и берет его за руку.
Я сажусь напротив неё. Время тянется очень долго. Решаюсь спросить.
— А что Эм ему сказала, что он так отреагировал?
Она тяжело выдыхает.
— Она сказала, что ненавидит его, и привлечет его за изнасилование, если он еще раз приблизится к ним.
Что? Она совсем сошла с ума! Или он?
— Не думай, он никогда бы не сделал этого, он очень любил её. Он даже ей предложение сделал, но она выбрала Уильяма.
— Как она могла ему такое сказать?
— Она была очень зла, что они подрались.
— Подрались?
— Ну да, думаешь, откуда у него сотрясение. Они вообще с Уильямом мирно не жили никогда, а сейчас их отношения очень обострились.
— Я надеюсь, все наладится —
пытаюсь успокоить её.
Я вижу, что она устала.
— Если хотите, можете поехать домой, я останусь здесь все равно.
Мне некуда идти.
— Да, я, наверное, поеду, доктор сказал, что он не скоро придет в себя. Позвони мне, как будут новости.
— Да, только дайте номер.
Она называет номер, и я записываю. Она уходит.
Я пересаживаюсь в кресло. Он очень красивый и молодой. Как она могла ему такое сказать. Не понимаю ничего. Но он действительно выглядит как выжатый лимон. Впалые скулы, и худые руки. У него серьезное истощение.
Дотрагиваюсь до его руки, она прохладная, сердце бьется медленно, и медленно гоняет кровь. Наклоняюсь и дышу ртом на его ладошку, хочу согреть. Его пальцы дрогнули. Я приложила его ладошку к щеке, чтобы было теплее.
— Ты должен проснуться, слышишь — говорю тихо. — Ты сильный, ты выдержишь это Энтони. Только возвращайся, пожалуйста.
Под медленно пикающий аппарат засыпаю в кресле, сказывается бессонная ночь в самолете.
Глава 2
Дана
Просыпаюсь
от шума, вернее даже писка аппарата. Не сразу понимаю, что пищит так резко. Потом смотрю на кардиомонитор, а там прямая линия и он очень пищит.
В палату забегают врачи, и я слышу только слова «Остановка сердца!». Что? Не может быть!
Они суетятся вокруг Энтони. Подвозят какой-то аппарат к его кровати. Оголяют его грудь и кладут ему на грудь, электроды. Кто-то из врачей говорит «Разряд». Грудь и верхняя часть тела Энтони немного приподнимается над кроватью, а затем резко опускается обратно. На экране монитора все та же полоска. Нет!
— Еще разряд — говорит врач и происходит то же самое. То есть ничего. Пульса нет. Он не может умереть. Нет! На глаза наворачиваются слезы.






