Это было своего рода игрой, и меня это забавляло.
— Ло, — тихо позвала я его.
— М? — отозвался парень, не прекращая вырисовывать спирали на моей спине.
— Скажи, а когда ты понял, что любишь меня?
— В тот самый момент, как только ты укусила меня за ухо, — тут же ответил Ло, после чего нагнулся и поцеловал меня в плечо.
— Да ладно тебе! — хихикнула я. — Я же серьезно. Ну какая любовь у мальчика в одиннадцать лет?
— Хм, — Ло задумался, все еще продолжая улыбаться. — Возможно, ты права. Я не до конца понимал, что это, но с точностью мог сказать, что с той самой секунды я больше себе не принадлежал.
— Прям какие-то волчьи повадки, — усмехнулась я.
— Знаешь, — посерьезнел Ло. — А ведь так и есть. Ты была права с самого начала. Во мне больше от волка, чем от кого-либо еще. Волк никогда не упустит свою добычу. Волк будет биться до самого конца. Волк по жизни одиночка, но если находит пару и влюбляется, то на всю жизнь.
Мне было приятно это слышать, особенно учитывая тот факт, что он сам в это верит. Однако неуверенность в себе берет верх.
— Просто
ты не пробовал встретить кого-либо еще, — сказала я, проведя указательным пальцам по груди Ло.
— Хех, пробовал, — это меня удивило. — Два года назад я ведь так и поступил, как ты просила. Ушел в подполье и пытался зажить обычной пиратской жизнью. Пил, гулял, веселился, во всяком случае, пытался, но в итоге понял, что это не мое. Мне нужна цель, и я разработал план по поимке Цезаря и уничтожения Дофламинго. Я много тренировался. Решил, что живу ради мести, и каково же было мое удивление, когда спустя два года мы вновь встретились, — Ло обнял меня, позволив мне лечь головой на его плечо. Обхватив его за пояс, я слушала его голос. Мне так хотелось услышать все, о чем он думал тогда и думает сейчас. — Я не знал, как себя вести. Ты была все той же, но и была совершенно другой. Мне даже трудно представить, через что тебе пришлось пройти ради такой силы. Ты была одновременно и той доброй девочкой, что спасла меня, и милой девушкой, которая как некое чудо явилось на моем корабле перед днем рождения, и сильной женщиной, что познала всю боль этого мира, неся ее на своих плечах.
— Ты тоже стал другим, — заметила я. — Я терялась. И эти твои поступки…
— Ах, да… — Ло слегка засмеялся. — Я знал, что ты не принадлежишь мне. Все время повторял себе, что мы чужие
друг другу люди, но… в итоге все равно поворачивался в твою сторону и шел, даже тогда, когда ты меня не звала. Ты стала подобна миражу, которого так жаждешь, но до которого невозможно дотронуться. Порой я ловил себя на мысли, что сомневаюсь в твоем существовании. Наверное, это и подвигло меня на вживление своего сердца в твое тело. Хотелось быть уверенным, что ты реальна.
— Ох, Ло… какой же ты все-таки дурак, — я прижалась к парню еще сильнее.






