– Неужели то происшествие в Оцу так потрясло его, что подействовало на Петра? С другой стороны, и чорт бы с ним…»
Японец, в отличие от англичанина, держался совершенно невозмутимо и только брошенный им на Николая короткий взгляд выдал его ситинное состояние.
Как бы то ни было, в четыре часа пятнадцать минут подписание трактата полномочными представителями закончилось. И тут же прозвучал первый залп орудийного салюта в честь окончания Великой войны. Громовые раскаты следующих одного за другим залпов двадцати одной салютной пушки, предоставленной швейцарской армией, как бы подчеркивают заключительные слова Николая Второго:
– Господа, все подписи поставлены. Подписание договоров между союзными и присоединившимися державами и их противниками свершилось. Наступил ожидаемый всеми нашими народами мир. Заседание закрывается!
После этого монархи и главы государств, министры, генералы, дипломаты направляются в парк при отеле. Там идущие делегации приветствуют приглашенные на праздник гости. Особенно бурно охваченная энтузиазмом толпа приветствует идущее последним трио двух императоров и короля. Союз этих трех людей представляется публике надежным залогом мирного и цветущего будущего.
Отстав на полшага, Николай внимательно смотрел на надутого от величия Вильгельма и напряженно думал, что следует предпринять в первую очередь и срочно…
Российская империя. Петергоф. Июнь 1912 г.
Сегодня государь принимал академика Вернадского и его спутников – А.П. Карпинского, Б.Б. Голицына, Ф.Н. Чернышева, в так называемом «Морском» кабинете. Ученые, в первый раз оказавшиеся на Высочайшей аудиенции, с интересом рассматривали любимое место работы императора. Несколько иллюминаторов и окно, искусно имитирующее световой люк, давали достаточно свет для комфортной работы. Большой письменный стол, на котором в рабочем беспорядке лежали
документы, у одной стены. Дубовые застекленные шкафы вдоль двух стен, в которых стояли книги самой разнообразной, связанной с морем, тематики. Кроме книг, на полках располагались модели кораблей флота Российского, от парусного «Орла» времен Тишайшего царя, до броненосцев и новейших линкоров. Посередине же кабинета стоял необычный круглый стол, всей своей формой символизирующий, что здесь будет разговор равного среди равных. Дождавшись, когда вошедшие поздороваются, представятся и поздоровавшись в ответ, Его Величество сейчас же предложил всем рассаживаться за круглым столом.
— Садитесь, господа ученые, не стесняйтесь, - улыбнулся он. – У меня все по-простому. Этикет оставим придворным, у нас же с вами более серьезные вопросы. Причем, я полагаю, вы уже поняли какие. Не так ли, господа?
– Мы можем лишь подозревать, Ваше Император…, - начал отвечать Вернадский.






