Хезер еле заметно улыбнулась,
и в этой улыбке проглянула Древняя Душа.
— Ясно…
— О чём это ты?
— О том… Не думаю, что она презирает тебя, Джер. Возможно, она правда испытывает к тебе сильные эмоции, но, судя по тому, что я слышала, не думаю, что презрение — одно из этих.
Джер покачал головой:
— Ты не понимаешь. Она всегда дышала мне в затылок. И если она обнаружит, что я наполовину человек… это конец. Людей она презирает больше всего на свете. Но думаю, мне удастся дурачить её столько, сколько понадобится, чтобы увести у неё Неукротимую Силу.
Хезер кивнула, только без особого энтузиазма. Она выглядела очень уставшей.
— Если ты сумеешь её добыть, то спасёшь много жизней.
"Она тоже понимает, — подумал Джер, — что мне придётся умереть".
Его немного утешало, что Хезер думает о нём, но ещё больше успокаивало то, что она не догадывается, почему он согласился.
Да, он хотел спасти людей. Только тут было ещё кое-что… Совет пытался помешать Хезер. Они натравили на неё вонючего вурдалака. А завтра, вероятно, пошлют вслед за ней ещё кого-нибудь… конечно же, они всё время пытаются убрать её. И поэтому Джер решил утереть им нос. Хезер не была бойцом. Она не могла защитить себя. И она не должна стать мишенью. Он видел, что Хезер тревожится за него, и улыбнулся ей: пусть не думает, что он боится смерти!
— Это дело семьи, — сказал он. И это по-правде так и было. — Ханна — моя пра-пра-пра-пра-пра-…блин, какая прабабушка. Кто же, как не я, должен остановить её? И если со мной что-то произойдёт… что ж, одним Редферном на свете станет меньше.
Это было последней причиной, заставившей Джера принять решение. Он происходил из порочной семьи. И неважно, что он делал, кого спасал, — сколько бы он ни старался, в его венах всегда будет течь вампирская кровь. Одно его существование всегда будет представлять опасность для людей. Только Хезер ужаснулась.
— Не смей даже так думать! — Она вновь взглянула на Джера и положила
руку на его плечо. — Джер, ты лучший из тех, кого я знаю. И то, что ты делал, прежде чем появился тут…
— Это часть меня, — ответил Джер, стараясь не демонстрировать внешне, что прикосновение её руки вызывает волну возбуждения во всём его теле. — И ничто этого не изменит. Я в курсе, кто я.
Хезер слегка встряхнула его.
— Джер…
— Сейчас мне надо избавиться от этого вурдалака. А тебе лучше пойти домой.
Ему показалось, что Хезер ещё что-то хочет сказать ему, но она медленно убрала руку.
— Ты официально берёшься за это дело? — Она спросила это так, словно давала ему последний шанс.
— Да!
Хезер кивнула. Она не стала спрашивать, как он собирается вернуться в банду, которую бросил, и как собирается добыть информацию у презиравшей его Морены. Джер знал, почему она не спрашивает об этом.






