Она выглядит такой невинной, ее грудь пышна, она выпирает из нежно розового бюстгальтера.
С нежностью, о которой я даже не подозревал, я прижимаю ее спиной к матрасу и тянусь к пуговице на ее джинсах.
Мои глаза поднимаются к ней, мне нужно знать, что она все еще хочет этого, что она не передумала.
— Если ты хочешь, чтобы я остановился…
ты должна сказать это прямо сейчас. Я хочу тебя, безумно, но я могу подождать.
Я ждал всю свою гребаную жизнь, что такое еще месяц или год?
Она качает головой, ее белые зубы соблазнительно покусывают розовую, нижнюю губу, и мне интересно, знает ли она, что сейчас со мной делает.
Боже, она такая красивая, такая совершенная, такая моя. Я уничтожу Игоря за то, что он прикоснулся к ней, и любого другого мерзавца, который думает, что может поступить с ней подобным образом.
— Нет. Я хочу этого. Я хочу тебя. Я твоя, и ничто и никогда не изменит этого, никакое время не изменит этого. Возьми меня.
Мое сердце вырывается из груди, я расстегиваю пуговицу на ее джинсах и перемещаю руки к бедрам, хватаясь за ткань джинсов. Я спускаю облегающую ткань вниз по ее ногам, любуясь ее кремово-белой кожей.
Такая нежная, мягкая и чистая… черт, она — все, чего я не заслуживаю, но будь я проклят, если откажусь от нее.
Я бросаю джинсы на пол, любуясь ее маленькими ноготками, которые впиваются в чувствительную плоть моей руки.
— Я собираюсь попробовать тебя на вкус… попробовать эту прелестную маленькую киску, ты хочешь этого? — говорю я, прижимаясь губами к ее гладкому животику.
Я поднимаю глаза на нее, ища одобрение. Ее длинные ресницы веером распахиваются над щеками — щеками, которые сейчас розовеют настолько, что я ничего подобного раньше не видел.
— Да… — отвечает она, задыхаясь, и я улыбаюсь, касаясь ее кожи, мне нравится, что она ответила именно так.
Я покрываю ее поцелуями, прокладывая себе путь
вниз по ее телу и поглаживая одну из ее пышных грудей сквозь кружева лифчика, отыскиваю ее сосок, который уже затвердел от желания.
— Ты просто совершенство. Твое тело словно создано для меня… для того, чтобы любить, вкушать, поклоняться, — бормочу я, отводя руку от ее сисек, чтобы избавить от розовых трусиков.
Я спускаю их с ног и перекидываю через плечо. Затем нежными движениями я раздвигаю ее ноги, мои глаза устремляются прямиком к ее жару. Ее складочки блестят, скрывая внутри крошечный клитор.
Эгоистичная часть меня до чертиков благодарна тому, что я буду тем единственным и неповторимым мужчиной, который будет наслаждаться ею, чувствовать, как она крепко сжимается вокруг моего члена.
В то время как другая часть меня чувствует, что я не заслуживаю того подарка, который она мне преподносит.
Глава шестьдесят восемь
— Ну, что же ты медлишь?
Она улыбается мне, ее мягкий голос дрожит от потребности.






