ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бакалавр, Автор - Волошина Анна, Серия - Темная для кошки [3], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Бакалавр Волошина Анна Бакалавр, Автор - Волошина Анна, Серия - Темная для кошки [3], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. — Что, и Атлантида на вашей памяти? — Да. И — увы! — на моей совести. Мария Ганжа. Кошки знают больше, чем мы думаем, и думают больше, чем мы знаем. Приписывается Говарду Лавкрафту. Памяти моего отца, Александра Баранчука, не успевшего прочитать эту книгу. Автор выражает благодарность: Катерине Ремингтон за истинный талант сплетать свои слова, слушать и слышать чужие, и готовность выступать в роли бета-листера. Александру Залищуку за любезное разрешение использовать в тексте его стихи. Николаю Дешко за своевременное просвещение автора по вопросам, в которых автор слабо разбирается, и ироничную критику, не переходящую в наезд на дилетанта. Глава 1 — Её похитили. — А почему не убили? — Потому что я не люблю крайних мер. Но если Дезире убили, я устрою этой чёртовой планете… Атлантиду. Грохнуло так, словно над крышей небольшого дома, вросшего в едва возвышающуюся над морем скалу, разорвался фугас. Какая уж тут звукоизоляция, о чём вы… Секунда оглушительной тишины кокетливо — как игривая кошка лапой — ударила по насторожившимся ушам. А потом ослепительная многорогая молния на секунду соединила клубящиеся чёрные тучи с беснующейся

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Угрожаешь? — прищурился Хельгенбергер.

— Да, — невозмутимо подтвердила Лана и повернулась к сенатору Крамеру, полностью концентрируясь на нем.

Как показывала практика, собеседник в таких случаях тоже полностью концентрировался на ней. Что сейчас и требовалось.

— Сэр! По приказу командования представляюсь: первый лейтенант Светлана Дитц, Галактический Легион.

Помедлила, и добавила для полного прояснения положения вещей:

— Горгона Горовица. Полковник Горовиц велел передать вам, сэр, что вы не один. Мы — с вами. Все мы с вами.

Крамер с силой потер щёки ладонями и усмехнулся. Лицо, только что напряжённое, почти каменное, перестало походить на посмертную маску римского императора.

— Первый лейтенант, вот как? Я, помнится, допрашивал отставного капрала… и ещё не мог взять в толк: как могла девчонка, вышвырнутая со службы в десанте за психическую нестабильность, дать повод для того разбирательства? Намутили, да? Узнаю Легион… Том, ты же понимаешь, что…

— Я — могила, — кивнул Хельгенбергер, разглядывая Лану с каким-то новым, незнакомым ей выражением, отчасти недоверчивым, отчасти сердитым. — Хорошо

работаете, первый лейтенант. Вот ТАКОГО я даже вообразить не мог. Хотя и предполагал, что за вами стоит что-то посерьёзнее Большого Шанхая — уж больно интересные дела вы проворачивали.

— Мы опять на «вы», Том? — мягко поинтересовалась Лана.

Тот не выдержал и рассмеялся.

Лучшая из гравидосок Ланы осталась в стойке на крыше «Бара», но это не было такой уж проблемой. Гроза ушла в океан, ветер стихал, ливень сменился моросью. И ей опять нужно было в «Бар», только не ужинать, а переговорить с владельцем.

И снова крыша — по счастью, пустая. И снова доску в стойку, и снова лестница, и снова Луи. И ухмылка Шермана, недвусмысленно кивающего на дисплей с голосованием: «Чёрный треугольник» лидировал с таким отрывом, что можно было не сомневаться — новую вывеску изготовят и установят уже завтра.

Недурная работа, похвалила себя Лана. Определенно недурная. «Бар» назывался «Баром» с самого открытия. Отставной детектив любил свою работу — но не синюю полицейскую форму и эмблему в виде кабаньей головы. А потому традиционные варианты вроде «Синего свинтуса» даже не рассматривались. Что ж, расположение Лероя — именно то, в чем она нуждалась сейчас. И Лана решительно двинулась к стойке бара сквозь порядком поредевшую толпу.

Ещё бы она не поредела: вода покамест спадать

и не думала. Выбраться из заведения посетители, не владеющие досками (и те, чьи доски остались в тротуарной стойке), могли не раньше, чем через час, а то и два. Так что пришлось — в тесноте, да не в обиде! — ютиться ввосьмером за столиками на четверых. На ногах-то устанешь дожидаться отлива.