Как ни короток был их путь до столика, «лишний» стул за это время пытались утащить минимум трижды, но попытка всякий раз пресекалась бдительным Тимом.
Конечно, четыре стула на восьмерых — маловато. Но женщины расположились на коленях у мужчин, сосредоточенный на чём-то Радар уступил место господину майору, и всё устроилось. В кувшине оказалась действительно сангрия, порядком разбавленная — ну, это уж как водится. Да и пить им перед выдвижением на позицию явно не стоило, разве что по глотку… однако, где же обещанный проводник?
— Hola Miguel
[20]
! — завопила в искреннем — кажется — восторге Дитц.
— Hola Miguel! — завопила на всю площадь Лана, чуть не падая с колен посмеивающегося Альта. Расчёт оказался верен: кто бы ни наблюдал за ними сейчас (если даже наблюдал), он видел только встречу
друзей.
20
Привет, Мигель! (исп.)
Но каков отец Микеле! Чёрный берет (на красный, надо полагать, не хватило нахальства… ну да ничего, сладится дело — постараемся обеспечить ему фиолетовый
[21]
) с успехом маскировал тонзуру. Псевдовоенный комбинезон сидел на нём, как влитой, элегантно потёртая портупея поскрипывала, яркие значки на груди сверкали. Ботинки были полурасстёгнуты ровно в той мере, чтобы продемонстрировать презрение ко всем требованиям устава. И Лана не поручилась бы, что пистолет в кобуре — имитация. Святой отец не боится металлодетекторов? Или точно знает, что не попадётся? Запомним…
21
Красный — цвет кардинала, фиолетовый (пурпурный) — епископа.
Над верхней губой отца Микеле красовались тонкие усики, придававшие мужчине заметное сходство с котом — или латиноамериканским диктатором. Ещё несколько часов назад их не было и в помине, сейчас же мрина была готова поклясться, что усы вполне натуральные. Хорошая работа.
— Hola amigos
[22]
! — пророкотал прекрасным низким баритоном священник, обнимая за плечи одновременно Альта и Забродина, и целуя подставленные щёчки Ланы и Тины. Тане досталось многообещающее подмигивание, и лейтенант Кривич — ничего себе! — слегка порозовела. — А что это вы тут пьёте, да ещё и без меня?
22
Привет, друзья! (исп.)
Он отхлебнул из первого попавшегося стакана и презрительно скривился:
— Фу, какая гадость! Бросайте
это безнадёжное дело, и пошли. Сангрия должна быть домашней!
С этим словами он буквально выдернул Лану из объятий Альта и, не оглядываясь, зашагал куда-то влево. Толпа поредела… поворот направо, ещё один…
За дверью, неприметной на первый взгляд (на второй ей позавидовал бы любой из банковских сейфов), отец Микеле стянул с головы берет, засунул его за фальшь-погон и с одобрительно заметил:
— Прекрасная маскировка, синьорина!
— Как и ваша, падре!
— Служба, дочь моя, служба… — рассеянно пробормотал священник, озираясь в полутёмном закутке, претендующем, должно быть, на роль холла.






