В этот раз мне повезло еще больше. Помимо знакомой уже медсестры я встретил еще одну. Они вместе стояли и хихикали, глядя на меня. Это было ожидаемо и потому меня не особо смутило. Я улыбнулся им. Демонстративно поправил свое хозяйство и гордо захромал дальше.
Когда я вернулся в палату меня ожидал еще один сюрприз. На моей кровати вальяжно раскинув ноги лежал мой дед… Увидев меня он нехотя оторвал голову от подушки и с улыбкой сказал:
— О, а вот и наш подранок. Мне сказали, что ты чуть ли не при смерти, а ты по коридору гуляешь, гениталиями светишь и с медсестрами хихикаешь. Нормально устроился… Кровать удобная, персонал симпатичный. А еще тишина, и кормежка по расписанию. Может мне тоже поболеть немного? А то я уже старенький. Ножки болят, спина болит… Ну что ты уставился на меня как фриц на амбразуру? Садись давай. Это же твоя кровать если что.
Я доковылял до кровати и сел на уже свободное место.
Джонатан хлопнул меня по спине и услышав мое поскуливание изрек:
— Да… давненько я в твоем голосе девчонку не слышал. Видимо действительно больно… Не обижайся на меня, Марк. Я должен был сам понять насколько все плохо…, и я увидел. И я даю тебе слово, что каждый кто это с тобой сделал испытает тоже самое. Ты мой лучший солдат, а своих на поле боя я не бросаю.
Я почувствовал, как злоба и боль меня разрывает изнутри. Невидимые тиски сдавили мне горло, мешая нормально дышать. Сердце колотилось, а на глазах наворачивались слезы. Я изо всех сил старался держаться и не показывать эмоций, но выходило очень плохо. Я ощущал, как начинает трястись подбородок. Мне хотелось провалиться под землю лишь бы мой дед этого не видел. А он все видел. Странно, но Джонатан не смотрел с укором или жалостью — он улыбался.
— И всё-таки ты девчонка, Марк.
— Я не…
— Плаксивая школьница…
— Я! Не! Школьница!
— Да? А кто же ты тогда?
— Я мужчина!
— Мужчина?! Тогда вытри сопли и успокойся! Мужчина он… И чтоб я больше этого не видел! Ты меня понял?!
— Да, понял…
— Не слышу, боец.
— Да, сэр!
— Вот то-то же! А теперь рассказывай кто и за что тебя так отделал? Будем наказывать.
— Не будем.
— То есть как это?!
— А вот так. Мы никого наказывать не будем. Наказывать буду я!
— Один?! Тебя же только что отделали как первоклассника! Ты что еще хочешь?!
— Пф… Не велика заслуга слепого избить. К тому же еще и толпой…
— Слепого? Не понял…
— А че тут непонятного? Вокруг темнота, а мне в лицо постоянно фонариком светили. Я не видел ни того, кто меня бил, ни откуда. Голосов я тоже не слышал. Потому даже представить не могу кто
это мог быть.
— Хм… Если ты не знаешь кто тебя бил, кого ты собираешься наказывать?
— Ну ты же поможешь. Просто найди их, а что с ними делать я сам решу. Хорошо?
— Я попро…
И тут в палату влетела моя мать:
— Здравствуй, мой хороший.






