Видя, как они сидят рядом: он со своим зеленым ирокезом и пирсингом в носовой перегородке, а она со своими огненно-рыжими волосами, подстриженными в стиле пикси, они так мило смотрелись вместе. Я знала, что их восхищение было взаимным, но, кроме неловкого поцелуя несколько месяцев назад, они еще не сделали ни одного шага. Я не была уверена, в чем была их проблема.
Тем временем Алек продолжал прикасаться к моей руке, колену, бедру под столом всякий раз, когда ему не нужно было класть карту. Казалось, он не мог перестать прикасаться ко мне, и это делало меня до смешного счастливой.
– Так что же на самом деле происходит с Армией Абеля?
– спросила Холли, раздавая карты.
– Что вы имеете в виду?- рассеянно спросил Таннер, разбирая свою руку.
– Я думал, ты уже знаешь суть. Они порвали с FEA десятилетия назад и занимаются своими делами. В основном нелегальные вещи.
– Да, но что именно они делают?
– Они работают на того, кто предложит самую высокую цену. Русская, итальянская, китайская мафия, международные террористы — кто больше заплатит, - ответил Алек, пристально глядя на свои карты.
Но что-то подсказывало мне, что он напрягся не из-за карт.
– Но если они работают на всевозможных гангстеров, как они могут держать это в секрете? Если они так заботятся о деньгах, разве кто-то не подкупил или не шантажировал их и не продал эти знания газете или телеканалу?- Я сказала.
Алек отправил в рот несколько чипсов, размышляя, как много он должен нам рассказать.
– Ты должна знать, что то, что я тебе сейчас рассказываю, - всего лишь слухи. Я не знаю точно, но я слышал, что в рядах Армии Абеля есть Вариант, который может изменять или даже удалять воспоминания. Способность мгновенно промывать кому-то мозги.
– Срань господня, - сказала Холли.
Таннер кивнул в знак согласия, но, похоже, слова Алека не были для него новостью. Я была слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать. Я всегда шутила с Холли, что хотела бы знать кого—то, кто мог бы стереть некоторые из моих менее приятных воспоминаний - например, когда моя мать сказала мне, что я никогда больше не должна ей звонить, или что я урод и разрушила ее жизнь, отношения с испорченными парнями, с которыми она встречалась, когда я была ребёнком. Но было страшно подумать, что кто—то мог сделать это - изменить мои воспоминания, украсть целые части моей жизни, чтобы все выглядело так, как будто их никогда не было. Алек наблюдал за мной, как будто точно знал, что происходит у меня в голове. Его детство было наполнено горем, как и мое.
Дверь в общую комнату распахнулась, и вошли Фил и Девон. Они неуверенно посмотрели на наш столик, очевидно, не уверенные, могут ли они присоединиться к нам .
– У нас все еще есть место для большего количества игроков, - сказал Таннер.






