— О да, такое кино я планирую смотреть снова и снова. Стон, какой ты издала, когда кончала, я не смогу забыть, даже если постараюсь.
— Локвуд!
Он открыл глаза.
Я вскочила со стула и облокотилась о стол.
— Послушай меня. Прошлая ночь была ошибкой размером с Техас. Наши семьи терпеть не могут друг друга, не говоря уже о том, как сильно я презираю тебя. Я здесь ради работы. Она для меня очень важна. Поэтому я не могу допустить, чтобы ты отпускал неприличные комментарии, которые может подслушать персонал.
Локвуд внимательно смотрел на меня, и я практически видела, как завертелись шестеренки в его голове. Он провел большим пальцем по губе и выпрямился.
— Хорошо. Мы можем притвориться, что прошлой
ночи не было.
Я прищурилась. Все было слишком просто.
— В чем подвох?
— А почему ты думаешь, что есть подвох?
— Потому что ты Локвуд, самовлюбленный мудак, который думает, что женщины — это игрушки. Так в чем подвох?
Он поправил узел галстука.
— У меня есть три условия.
Я покачала головой.
— Еще бы.
И он поднял указательный палец.
— Во-первых. Я хочу, чтобы ты звала меня Уэстон, а не Локвуд.
— Что? Это просто смешно. Какая разница, как я тебя называю?
— Локвудом все называют моего отца.
— Ну и что?
— Если хочешь, можешь обращаться ко мне мистер Локвуд. Возможно, мне это даже больше понравится. — Он покачал головой. — Но только не Локвуд. Это сбивает с толку персонал.
Полагаю, в чем-то он был прав. Впрочем, тут должно было быть что-то еще. Чертовски ясно, что Локвуд не собирался впустую тратить одно из его трех условий, дабы удовлетворить сотрудников. Однако я могла смириться с такой просьбой.
— Прекрасно. Что еще?
Он поднял руку и поднес ее к уху.
— Прости, не расслышал.
Я помотала головой.
— Ты сказал, что у тебя есть три условия. Каковы остальные два?
Он цокнул языком.
— Ты кое-что пропустила. Ты сказала: "Прекрасно. Что еще?", а должна была сказать: "Прекрасно, что еще, Уэстон?".
Казалось, это было так легко исполнить. Не то чтобы я всегда называла его Локвудом; иногда я использовала слово мудак. Значит, все должно быть достаточно просто. Черт, я могла бы именовать этого засранца ваше высочество
даже не дрогнув, но называть его Уэстоном теперь, когда он велел мне…
— Ладно.
Он снова приложил ладонь к уху.
— Ладно…кто?
— Ладно, Уэстон, — процедила я сквозь зубы.
Он изобразил ехидную ухмылочку.
— Вот так. Молодец, Фифи.
Я прищурилась.
— Я должна звать тебя Уэстон, а ты будешь продолжать называть меня Фифи?
Игнорируя мой вопрос, он скрестил руки на столе.
— Во-вторых. Ты будешь укладывать свои волосы не реже двух раз в неделю.
— Ты сошел с ума? — фыркнула я, а потом вспомнила, как прошлой ночью он подбивал меня на пари: если я получу от него два оргазма, то заколю волосы наверх. Впрочем, после первого оргазма я его выгнала.






