Невеста не могла ни самостоятельно подняться по лестнице, ни преклонить колени при благословении, ее сопровождали шаферы — сильные молодые мужчины, которые порой просто вносили обессилевшую невесту в парадные покои как разряженного недвижимого идола. Особенно досаждали «свадебные» серьги с огромными бриллиантами грушевидной формы. Они были такими тяжелыми, что нуждались в дополнительных креплениях, иначе разорвали бы мочку уха. Поэтому их закрепляли специальной золотой проволокой, обмотанной вокруг ушной раковины; проходить с таким сооружением целый день было совсем не легко — сначала краснели и отекали уши, потом из-за нарушения кровообращения начинала мучительно болеть голова, сжатая обручем диадемы и увенчанная тяжелой короной.
Но все романовские невесты безропотно терпели, даже впадая в полуобморочное состояние, и считали эту муку неизбежной на пути к счастью.
Ирина Алексеевна, хрупкая девушка, вытерпела всю церемонию стоически, и ни словом не обмолвилась, как ей было нелегко. Она готова была вынести на своих плечах не только тяжесть пудового парчового платья и парадной
мантии, но и гранитную скалу, лишь бы Господь благословил ее брак…
Из письма князя Сергея Андреевича Воронцова Великому князю Михаилу Николаевичу Романову-Соколову:
Не представляешь, как я за вас счастлив. Годы терпения наконец-то вознаграждены, но что-то мне подсказывает — самая жесткая жесть впереди. Все только начинается, и хорошо бы тебе привыкнуть к новым обязанностям поскорее.
И все же если у вас получится выделить время, буду счастлив принять вас на своей вилле под Неаполем. Это потрясающее место: вулкан, скалы, лазурные воды и особый целебный воздух. Всем бы такое изгнание.
Выбирайтесь ко мне, и мы организуем вам прием по высшему разряду!
Пожалуйста, передай Оле мои искренние поздравления с поступлением в Королевскую академию. Надеюсь, опыт, который она приобретет в Норвегии, поможет ей наконец-то вывести идеальную рыбу мечты.
И… Я очень скучаю по ней. Как только государь позволит вернуться, я бы хотел с ней встретиться. Она отвечает на мои письма, но по ее тону не поймешь, простила она меня или нет. И все же я хочу побороться за ее сердце, пусть и понимаю, что шансов у меня немного.
Ире — мои наилучшие пожелания!
Из записей Великого князя Михаила Николаевича Романова-Соколова
Едва проснувшись, мы уже принимали поздравления от явившихся спозаранку многочисленных родственников из Дома Романовых. Затем отправились с визитом к государю и его семье в Зимний дворец, оттуда — Матильде и Корфу, и так далее, далее, далее… И везде поздравления, благословения, пожелания, подарки…
Лишь после обеда нам удалось остаться вдвоем.
Ира отпустила фрейлин и прочих сопровождающих, а затем повернулась ко мне.






