За тонированными окнами матери с колясками, люди с собаками, бегуны и пешеходы все останавливались и смотрели, поворачиваясь и показывая пальцами. Некоторые кричали, в то время как другие стояли с разинутыми
ртами, на их лицах отражалось замешательство. То же самое замешательство появилось у меня, когда мой рюкзак приземлился у ног, а машина начала двигаться вперед.
Что случилось?
Куда мы едем?
Нас похитили?
Решимость, какой я никогда не видела, отразилась на лице Нокса. Он больше не был тем человеком, которого я любила: он был одержим или помешан, я не могла сказать. Он машинально оглядел меня с головы до ног.
— Ты в порядке?
Я кивнула, тоже оглядывая себя.
— Ты уверена? Ты не ранена?
— Н-нет…, — слово вырвалось дрожащим голосом, когда я посмотрела на него. — А как насчет тебя? Ты в порядке?
— Ублюдки, — пробормотал он. — Я в порядке. Придурки заплатят…
— Что случилось?
Мой вопрос повис в воздухе. Он больше не разговаривал со мной, нахмурившись, вытащил телефон из кармана. Через несколько секунд послышались слова и приказы. Человек на другом конце провода не мог ответить. Он не давал ему или ей ни малейшего шанса. Его вопросы сыпались как из ведра, не останавливаясь для ответов. Имена, которых я не знала, Костелло и Бонетти, слетали с его губ, когда раздавались многочисленные обвинения.
Выехав из парка, машина двинулась в потоке машин.
— Выстрелы.
Это слово я услышала в тираде Нокса.
Я попыталась
вспомнить. Я не слышала выстрелов, да и не видела их. Но опять же, можно ли увидеть выстрел или только его конечный результат? Не похоже, чтобы реальная жизнь была фильмом, который можно замедлить для спецэффектов.
— Взлом… выстрелы… покушение на убийство… показания.
Хотя Нокс говорил на знакомом мне языке, на котором я говорила всю свою жизнь, я не могла понять, что это значит.
Холодок пробежал по моей коже, оставляя мурашки. Я плотнее запахнула легкую куртку и засунула руки, теперь уже свободные от хватки Нокса, глубоко в карманы.
Вскоре после монолога Нокса я поняла, что на другом конце провода Делорис.
Внедорожник вырулил на шоссе, и я узнала знаки: I–95 на север. Мы направлялись в дом семьи Нокса в округе Вестчестер.
Мои занятия и дискуссионная группа останутся без меня. И хотя меня огорчило, что со мной опять не посоветовались, я все поняла. Я просто не уверена, что стрельба была приемлемым оправданием
отсутствия на второй день занятий.
— Добро пожаловать, — сказала Сильвия, торопливо пропуская нас внутрь.
Судя по тому, как она осматривала подъездную дорожку, ее, несомненно, проинформировали о случившемся.
— Алекс, — сказала она, беря меня за руку. — Ты ледяная. Давай я принесу тебе что-нибудь теплое.






