Исчезни Кьен навсегда — это ей только на руку. Потом можно и генерала убрать, если помешает.
Кьен давно приобрёл вотилка, чтобы не оказаться лёгкой добычей. Это животное, похожее на жемчужину. Вотилк может развернуться и стать похожим на толстую гусеницу, но предпочитает висеть, обмотавшись вокруг нитки, словно шарик. Питается кровью хозяина, к счастью, ест мало, достаточно одной капли в неделю. Если перед тем, как выпить вино, поднести к нему вотилка, он моментально определит есть ли в составе напитка магические эликсиры или яды. Магия зверька щекочет, а яд пугает, в обоих случаях он довольно громко визжит.
Держать вотилка при себе — самый эффективный способ избежать подобных неприятностей. Такой амулет носили многие богатые демоны. Стоил он дорого, поэтому, случалось, что тех, кто слабее,
за подобную роскошь убивали.
Продажу на чёрном рынке самого крохотного вотилка можно было приравнять к крупному выигрышу, купить на эти деньги среднего размера дом и несколько обученных рабов.
Рабов можно было добыть и самому, но, чтобы их научить послушанию, иногда уходили годы, но вотилка сам никак не добудешь, потому-то они такие дорогие. Их не заставишь размножаться в неволе, а в природе эта зверушка — большая редкость, обитающая в водном измерении. Демоны не умеют долго оставаться под водой, огонь ведь, как известно, с этой субстанцией не дружен. А обитатели водного измерения недолюбливали жителей огненного, потому торговать исчезающим видом животных из их мира отказывались.
Кьен решил пока не трогать Нита и Орию. Они малы и родители развезут их по домам, так что сейчас им вместе не быть. Сына, когда он отправится наблюдать за Орией, лучше не брать. Мальчику она, похоже, не просто нравится, он становится сам не свой. А сам-то он лучше? Демон одержим человеком. Смешно и грустно.
Несколько раз в год он привычно проверял Оливию. Девочка росла яркой, весёлой. Чем старше она становилась, тем мрачнее делался Кьен.
Дело в том, что тогда, в аэропорту, родители Оливии и родители Нико обменялись телефонами, договорившись и дальше общаться, поскольку решили, что так себя дети вели неспроста. Мамаши приплели сюда мистику и прочую ерунду, а отцам оказалось выгодно такое партнёрство, поскольку у каждого были друзья, которые пригодились новому приятелю в их делах.
Дети же общались так, словно не существовало их ровесников противоположного пола. Когда им исполнилось по десять лет, Нико, к удивлению его школьных учителей, говорил на русском, как на родном языке, а Оливия так же хорошо знала итальянский.
Раз в год они встречались. Летом в Италии, а если отпуск родителей выпадал на зиму, то в России. Для кого-то море —
экзотика, а для кого-то — снег.
Ещё раз дети встретились, когда им было по шестнадцать.
43.






