— Лик, ну конечно, несправедливо! Они там все, страдальцы, «несправедливо» сидят! Убивают, насилуют, а потом делают щенячьи глазки и говорят «а это не мы, это наши жертвы сами виноваты! Не так посмотрели, не то сказали, не в то одеты были»… Лик, я не понимаю, ты что, жалеешь его?! Да ты посмотри, что он сделал с тобой! Лика, Власов — уголовник. Он подонок, изнасиловавший
твою сестру. И пока этот упырь где-то рядом, ты не в безопасности. Ты должна все рассказать отцу — какие б у вас ни были с ним отношения, он не станет тобой рисковать, он защитит тебя.
— Да ты понимаешь, что будет, если отец узнает, что Власов напал на меня? — прикрикнула Лика на подругу.
— Это не твоя забота. Горский тебя защитит. Ты должна сказать отцу и обратиться в полицию.
— Марина, в лучшем случае, Власова посадят!
— И что?! Таким, как он, там самое место!
— Но он же не сделал ничего! Он отпустил меня, когда понял, что я не Каринка. Он ей за что-то мстил, и что у них там произошло, мы не знаем. За что мне сажать его? Он даже не знал, что у нее сестра-близнец есть. Да хватит уже с него, он и так наказан…
— Ты ненормальная, Лик, — только и смогла Марина покачать ей в ответ головой. — Нет, правда, ненормальная! Нашла кого жалеть… Он сам виноват, Лика. Думать надо было, когда в трусы к шестнадцатилетке лез!
— Марин, за это он уже отсидел. Нового пока еще
ничего не натворил. А ты обещала мне, что никому ничего не расскажешь.
— Обещала, обещала… Я ж не знала, что вокруг тебя уголовники вьются!
— Марина!
— Да молчу, молчу. Хорошо. Но имей в виду, если этот гад еще раз к тебе сунется, я молчать не буду. И я не в полицию пойду, а прямиком к твоему отцу. Все, я закончила, — закручивая пузырьки, заявила Марина. — Маме отзвонись, а я пока тебе из одежды что-нибудь подберу.
Через полчаса девушки уютненько расположились на просторной Марининой кровати. Открыли вино, достали суши… Никто не угрожает больше расправой, и пора бы расслабиться, да мысли у обеих все еще там, в том темном дворе. Лика задумчиво теребила покрывало; Марина же, вопреки данному обещанию, вынашивала план защиты подруги от страшного и ужасного уголовника, гадая, кому первому накапать на него: самому Горскому или, быть может, сначала Руслану. Кстати, о Руслане…
— Как с Русланом у вас дела? — Марина схватила лакомство и откинулась на спинку кровати. — Видела его на днях. Задумчивый такой… Загадочный…
— Ну да… Он мне предложение сделал.
— Ну наконец-то! И ты молчишь?!
— Вот как раз сегодня и собиралась тебе рассказать.
— Слушайте, ну вы молодцы! А то я уж думала, не дождусь! И когда свадьба?
— Да подожди ты! — рассмеялась Лика и покосилась на разодранную кожу. — Вон, видишь какая я «красивая»… Какая из меня сейчас невеста?
— Ну это ерунда, царапины пройдут.






