Али позабыли уже? Радим, небось, до сих пор локти грызёт.
Все промолчали. Возразить князю было не чем.
— Андрейка дело говорит, надо таких людей поощрять. Пусть он и дальше нам пособляет свободным человеком, — закончил он, — Давайте решать.
Дело кончилось голосованием. Андрей знал, что в те времена это имело буквальный смысл. Но наблюдал этот «процесс» впервые. Рук никто не понимал. За какое решение больше «подавали голоса», то есть, попросту — громче кричали, то и считалось принятым. Поднялся невообразимый шум, чуть было не закончившийся дракой «стенка на стенку». Князю удалось кое-как восстановить порядок, растащив за шиворот по разным углам зачинщиков смуты, чьи семьи давно уже враждовали между собой. А тут выдался хороший повод поскандалить и набить морду друг другу. Ну, просто Монтекки и Капулетти какие-то! Подсчёт «голосов» вёл Хорив. Таким нехитрым способом,
сторонники князя и ведуна одержали верх за явным преимуществом, и Василий отныне стал лично свободным человеком и вольным общинником в племени вятичей.
Едва только, немного успокоившись, члены совета приступили к обсуждению других насущных вопросов, как в коридоре послышался громкий шум и крики, громыхнула упавшая лавка с корытом замоченного белья и на пороге гридницы появился хорошо известный в городище охотник, по прозвищу Башка. Его свита была вся изодрана и заляпано кровью:
— Беда, братья, северяне наших побили! — крикнул он с порога и кинувшись к бадье с водой, стоявшей в углу, схватил ковш и стал жадно пить.
— Что?! — все повскакивали с мест, — Как это?! Говори толком!
— Да что тут говорить, — еле отдышавшись начал свой рассказ Башка, — Возвращались мы из леса домой, в Кордно. Охота было на редкость удачной, много дичины добыли. Прямо еле тащили, сани загрузили с верхом. А тут, всего в пяти верстах, из-за деревьев вылетают несколько саней и на нас. Глядим — это северяне. Числом их было втрое больше. Побили они всех наших и добычу всю отобрали, один я еле убёг, только потому, что места и тропы тайные тут все знаю. Они было погнались за мной, да не поймали. Теперь уже, наверное, на полпути к своему дому, душегубы сучьи!
Все дружно и возмущённо загудели. Вятко был больше всех взбешён такой наглостью соседей.
— Да, как они посмели зайти так далеко в наши земли?! — гремел он на совете старейшин, — Прошлым летом мы заключили с ними уговор по разделу охотничьих угодий. Теперь они его вероломно нарушают, да ещё и наших людей побили, подлюки.
— Наверняка родственники убитых кровной мести теперь потребуют, — заметил Хорив.
— Это уж точно, — подтвердил Башка, — Обиды такой не спустят.
— Верно! — зашумели собравшиеся, — Кровь за кровь! Таков обычай.
— Что делать станешь, княже? — жестко спросил Хорив.






