Я обернулась и увидела не слишком радушного вида пса: маленького, толстенького и определенно вредного. Он уставился на
меня с большим подозрением и, обнажив клыки, пытался злобно рычать.
Ладошки вспотели, само собой не от страха перед безобидным мопсом.
Я снова осмотрела дом, ища камеры, но нигде не было даже никакого намека.
Дура, они же
скрытые
!
Натянув улыбку, присела на корточки и выставила вперед руку со сложенными пальцами:
– Собачка, иди сюда. Тю-тю-тю!
Ответом мне послужило недоверчивое рыко-тявканье.
– Собачка! Иди, кому говорят! – нахмурила брови я. – Мне позарез нужна эта работа, поэтому мы сейчас будем знакомиться и насильно друг друга любить. Хочешь ты этого или нет! Собака! Ко мне!
– Его зовут Элвис, – раздался насмешливый голос, и я, подпрыгнув, сделала несколько шагов назад.
Беркут неторопливо вошел в гостиную и снял с вешалки уже знакомое кашемировое пальто.
– Вы дома? Я просто думала…
–
Я уже ухожу, не буду мешать вам
насильно
знакомиться, – добродушно улыбнулся.
Очень красивый мужик. И дом у него красивый. И даже зловредная собака как из рекламы Педигрипала. И я – тощая бледная моль в этом царстве эстетики.
– Элвис! – хлопнул себя по коленям мистер Грей, и собачонка рванула на голос хозяина. Даже толстеньким хвостом завиляла. Сразу же пропал весь боевой настрой, предательница мелкая.
Взяв на руки пса, Беркут ласково почесал Элвиса за ухом.
– Лает он громко, но не кусается, не бойся.
– Да я не боюсь.
– К тому же он уже в почтенном возрасте, половину зубов оставил в бурной молодости, – и словно в доказательство, что это не так, пес попытался куснуть хозяина за палец. – Вывести на прогулку его нужно часов в восемь. И у него с почками проблема, лекарство надо дать. Я оставил там на столе расписание, разберешься.
– Читать умею, – кивнула я, ощутив, как защекотало в носу. С этим волнением я совсем забыла принять чертову таблетку от аллергии. – Хорошо.
– Хорошо, – тоже
кивнул он, не сводя при этом с меня внимательного взгляда. Потом в какой-то момент словно очнулся – отвел глаза и, отпустив собаку на пол, взял с тумбочки у входа такую же как у меня ключ-карту. – Звони если что, номер у тебя есть.
– Ладно.
Не-лов-ко! Как же это все странно и даже противоестественно. До сих было сложно поверить, что я здесь.
– Ну пока, – скупо улыбнулся он и вышел, закрыв за собой дверь, оставив меня одну в стерильной тишине просторной гостиной.
Я шумно выдохнула и приложила тыльные стороны ладоней к пылающим щекам.
– Стыдно-стыдно-стыдно! Как же это все… – прошептала себе под нос, и снова вздрогнула, осмотрев дом – а вдруг камеры еще и звуки записывают?
Элвис стоял на том же самом месте, где его оставил хозяин и, наклонив голову вправо, осматривал меня уже с большим интересом.






