— Два дня.
— Что вы на нем использовали?
— Ножи и малышей.
Малышами Шэнк называл остальных крыс, к которым не относился, как к домашним животным, и которых не таскал с собой. Он использовал этих ублюдков на заключенных, позволяя им пожирать те кожу и мышцы, до которых они смогут добраться.
— Этот тип так и ни слова не сказал, — продолжал Шэнк. — Отец думает, что он может работать с кем-то еще, но если бы он работал, думаю, он бы сдался и все уже мне рассказал.
Я еще больше увеличил размер картинки, чтобы присмотреться, не пропустил ли чего-нибудь. Черт, оказалось, что все-таки пропустил.
— Вы отрубили ему только два пальца на ноге?
— Посмотри сюда, — Шэнк указал на свой монитор, поэтому мне пришлось подкатить стул ближе к его стороне стола и посмотреть в Яму. — Вот сюда.
Яма —
это то место, куда мы скидывали части тела до того, как они попадали в мусоросжигательную печь. Пальцы того чувака лежали прямо по центру.
— А это его рука? — спросил я.
Чей-то сосок тоже там лежал, но он был слишком велик, чтобы быть его.
— Ага.
— Диего рубил топором?
— Не он, а я. Я пытался хорошенько прицелиться, прежде чем отрубить эту хреновину. Обычно я отрубаю руку аж до локтя, но в этот раз постарался ограничиться запястьем.
— А пальцы на ногах?
— Это все малыши. Эти ублюдки были
оооочень
голодные.
Я засмеялся так сильно, что чуть не рухнул со стула.
Эти чертовы малыши. Я даже не знал, сколько их всего. Шэнк притащил одного несколько лет назад, а сейчас у него их было уже как минимум сотня. У них даже собственная комната была, из которой всегда доносился скрежет их длинных когтей по двери.
— А если по правде, хорошо повеселился в свой выходной? — Он оттолкнулся на своем стуле от стола и развернулся ко мне.
— Было странно вернуться в Штаты, так как не был я там очень долго, но да, все прошло неплохо.
— Когда Диего вернется с охоты, или загорания, или чем он там будет заниматься, я хочу, чтобы ты потом вернулся обратно в Майами.
—
Что...
— Не спорь со мной, Бородач. Это нечестно по отношению к тебе, и мы в состоянии справиться здесь вдвоем.
— Ты не мой босс.
Мы с Шэнком вместе открыли тюрьму, а затем после того, как уже все запустили, позвали Диего. Шэнк и я были равноправными партнерами; мы решали все вместе. У него не было никакого права отсылать меня обратно в Майами, а я не обязан был его слушаться.
— Нет, но я твой лучший друг. И я говорю тебе взять пару дней. Они тебе нужнее. — Он похлопал меня по плечу и вышел из офиса.
Конечно, тот действовал из лучших побуждений, но он также знал, что для меня значит возвращаться туда, и почему здесь мне нравится находиться больше.
Может быть, мне просто нужно поискать немного криков в Майами.
Я нажал несколько кнопок на клавиатуре, и экран разделился, показывая все двенадцать камер.






