— Мы обе, — прошептала Лейла, продолжая тереться о мой член, — а ты разве никогда раньше не трахался под «Молли»?
— Не-а. — Я закидывался экстази, но не в жидкой форме, и я никого не трахал, когда был под кайфом. Но сейчас мой член был настолько тверд, что не мог дождаться, когда ее губы сомкнуться вокруг него. — Но я уже могу представить, насколько мне это придется по душе.
— Малыш, ты даже не представляешь, во что ввязываешься. — Она развернулась и выскользнула из платья, оставшись в одних трусиках. Затем прижалась своей спиной к моей груди и положила мои руки на свои сиськи.
Боже, они были такими мягкими, словно взбитые
сливки, а мои ладони погружались в них словно в чаши с водой. Каждый раз, когда мои пальцы кружили вокруг ее сосков, я трепетал и подавал свои бедра вперед, приближая свой член к ее заднице.
— Только представь, — простонала Лейла, — если бы ты постоянно был здесь, все это могло бы быть твоим каждый день.
Она отвечала на мои покачивания бедер, все интенсивнее прижимаясь своей попкой к моему стволу.
— Я всегда получаю все, Лейла, тогда когда захочу.
Она запрокинула свою голову так, чтобы ее рот оказался возле моего уха.
— Но ты бы мог получить в разы больше, чем сейчас. Нас обеих, в любое время, — каждый ее выдох завершался сладострастным стоном, — только представь, как бы это было горячо. Две девушки, которые кайфуют от твоего члена, готовы исполнить все, что тебе придет в голову. Тебе просто нужно почаще появляться в Майами, или же позволить нам навестить тебе там, где ты постоянно скрываешься.
Я захватил мочку ее уха губами и слегка пососал. Но у меня было непреодолимое желание укусить ее, наплевав на то, как больно это будет.
— Ты и так получаешь достаточно от меня.
— Нет, малыш. Мы — парочка ненасытных сучек. Когда мы хотим нашего мужчину, то желаем его сию же минуту. Разве ты не понимаешь?
Я склонил голову, чтобы слегка укусить ее за щеку, на вкус она была не столь прекрасна, как мочка ее уха, но все же удовлетворила мое желание.
— Вашего мужчину?
— Да, — прошипела она, и это было первым признаком, что я делаю ей больно, — мы пометили твое тело своими зубами и ногтями. Теперь ты наш. Но не переживай, мы поделимся с тобой, если в этом будет необходимость. Мы просто должны быть уверенными, что получим тебя первыми.
Когда
я засмеялся, у меня запершило в горле, и я почувствовал себя чертовски здорово.
Слава Богу, что она не пыталась претендовать на меня. Это было бы мне не по душе. Но знание того, что у меня есть две киски, которые ждут моего возвращения домой, вызывало у меня желание покидать Венесуэлу чаще, чем я это делал.
— И, как я уже сказала, мы хотели бы навестить тебя.
Она уже второй раз за вечер намекнула на это.
Два раза — это уже слишком много.






