— Зачем? Вы недавно в школе, но прекрасно знаете правила. Прекрасно знаете, что в случае большого снятия баллов вас в лучшем случае будут игнорировать всё оставшееся обучение, в худшем… Зачем?
Услышав эти слова, я не на шутку задумалась. Тон, в который перешла беседа, если её, конечно, можно было так назвать, навёл меня на определённые мысли. Вряд ли Снейп пытался понять женскую логику или логику студента, нарушившего правила. И сразу было понятно, что такому человеку, как он, было наплевать на чувства студента, у которого он списывал баллы за малейшие промахи.
«Почему он спрашивает?» — всё не давал мне покоя один-единственный, вполне логичный вопрос.
— Я просто хочу побыть в одиночестве. Мне не хватало воздуха, и я пришла сюда. Я… — пытаясь подобрать слова, я всё ещё искала ответы на свои вопросы. Почему-то мне казалось, что, как только я их
найду, всё сразу встанет на свои места, и картинка сложится. — Как долго вы просидели здесь два дня назад? Вы же были здесь, верно?
Наверное, зельевар опешил от искренности, которую я вкладывала в свои вопросы, поэтому ответил быстро и без язвительности:
— Я просидел здесь три часа до самого рассвета и ушёл незадолго до вас.
— Вы не замёрзли?
— Замёрз.
— Но тот рассвет стоил того, не правда ли?
— Да, — коротко ответил он, и теперь в его глазах застыл немой вопрос: «Почему она спрашивает об этом?»
У меня в голове не укладывался тот факт, что Снейп состоял в клубе любителей природы. Здесь явно было что-то другое. Тем более, когда человек мёрзнет, он предпринимает попытки изменить ситуацию, а я его даже не заметила. Меня терзали сомнения.
Чтобы найти ответ на свой вопрос, я попыталась вспомнить, что же делала такого все эти ночи, раз пробудила интерес в настолько мрачной личности. Но проблема была в том, что я не делала ровным счётом ничего. Большую часть времени я просто сидела на холодном камне, как сейчас, и размышляла. Даже, скорее, предавалась той самой тоске-меланхолии, которая окружала меня до того момента, пока не появился зельевар.
Я снова мельком
взглянула на него, и на долю секунды мне показалось, что я уловила то же самое настроение в его глазах. Возможно, он не хотел, чтобы я знала о его присутствии. Возможно, где-то в глубине души он чувствовал то же самое, что и я. Возможно, в моём взгляде он уловил ту невообразимую тоску, которая поглощала меня в последнее время. Возможно, у него была собственная тоска.
«Замёрз… — промелькнуло в голове. — А на улице и правда холодно… Почему я не чувствовала этого раньше?»
И тут я представила картину, которая предстала перед Снейпом три недели назад, да, впрочем, и сейчас: студентка пятого курса сидит в лёгкой кофте и джинсах на холодном полу Астрономической башни и с тоской наблюдает за горизонтом до рассвета.






