Прекрасно осознавая собственную вину в происходящем, решил делать ноги и даже вынул из кармана стихийный портал в другой мир, такие всегда были у него наготове, но не тут-то было.
Золотистая удавка оплела горло, руки и ноги. Магия стала покидать его, пробивая где-то в душе глубокую брешь. Насильственный перенос дернул в районе желудка и дроу исчез, следом за ним в золотистую воронку чистой магии провалилась иномирянка. Ее истошный крик еще долго звучал в ушах присутствующих. Только потом они узнали, что пропали в вихре не только те, кто был на плацу. В мгновение ока опустела и лечебница академии. Та, в которой так пренебрежительно отказывали в лечении темной.
Ректор обнаружил себя сидящим на белом каменном стуле с высокой спинкой в какой-то белоснежной пещере с гладкими, будто отполированными стенами. Полукругом к нему восседали на таких же стульях главный лекарь и еще несколько преподавателей. Позади терялись в темноте зеркально сидящие кругами множество белоснежных статуй. На таких же белых каменных стульях с высокой спинкой. Статуи выглядели очень реалистично. Некоторые из них плакали. Искусная рука скульптора выгравировала каждую слезинку, каждый волосок. Некоторые ощерили рты, будто в предсмертном крике.
Дракон попробовал пошевелиться, но ничего не получилось, магия не отзывалась,
даже голос, казалось, не повиновался. Посредине импровизированного круга возникла группа существ. Их тела опутывала тончайшая золотая нить. Вдруг под одним из плененных, а это оказался куратор группы боевиков первого курса вспыхнул магический огонь и все мысленно услышали голос древнего источника.
«Предвзятое отношение к студентке, обман, наветы, занижение результатов. За нарушение договора кара – лишение магии на двадцать лет»
Никаких оправданий, никаких объяснений и адвокатов дьявола, лишь приговор. Не успел куратор осознать весь ужас своего положения, как на руках, висках и в районе сердца, как раз там, где концентрировались магические узлы, появились древние письмена. Даже драконы позабыли этот язык. Магия куратора мгновенно иссякла, будто и не было. Такому же наказанию подверглись медики, что отказались лечить студентку, хотя это было их непреложной обязанностью. Покарание варьировалось от пятидесяти до пяти лет, в зависимости от тяжести вины. Лекари — больше, медсестры и сиделки — меньше.
Среди взрослых магов присутствовал студент — староста группы, светлый эльф Герниэль. Он был бледен, но готов к неминуемому. Однако магия лишь оставила небольшой завиток на его виске, прошептав напоследок.
«Даровано прощение за неоднократное спасение жизни»
Магический огонь плавно перетек от студента под ноги главы лечебницы, декана лекарского факультета профессора Бизелинера.






